Откройте для себя интересный контент о книгах и писательстве
Приходит, бывало, папаша или дедушка кто-нибудь, смотрит на меня и говорит: эх ты, братец ты мой.
Из какой книги этот отрывок?
Объяснение:
Пьеса написана в 1904 году. Воспоминания о дедушке символизируют уходящее прошлое, как и сам квитов. Чехов наполняет быт лиричностью: простые слова становятся символами потери и ностальгии.
И только теперь, когда у него голова стала седой, он полюбил, как следует, по-настоящему - первый раз в жизни.
Из какой книги этот отрывок?
Объяснение:
Мастерство Чехова (1899). Этот атырание героя стал темой роста, его трансформации через понимание и настоящей любви.
Творческое продолжение классики
Это художественная фантазия на тему произведения «Палата №6» автора Антон Павлович Чехов. Как бы мог продолжиться сюжет, если бы писатель решил его развить?
Оригинальный отрывок
Андрей Ефимыч понял, что ему отсюда не выйти. Он с ужасом подумал о Никитке, о сторожах, о тюрьме... На другой день Андрея Ефимыча хоронили. На похоронах были только Михаил Аверьяныч и Дарьюшка.
Продолжение
Через неделю после похорон доктора Рагина в земскую больницу прибыл новый врач.
Звали его Павел Игнатьевич Сушков. Ему было тридцать два года, он носил пенсне с тонкой золотой оправой и имел привычку потирать руки перед тем, как что-нибудь сказать. Приехал он из Москвы, где служил ординатором в Мариинской больнице, и привез с собой два чемодана книг, саквояж с инструментами и убеждение, что медицина в провинции нуждается прежде всего в честных людях.
Смотритель Сергей Сергеич встретил его во дворе, показал флигель для проживания и сообщил, что прежний доктор скончался от удара, — так это было оформлено в бумагах. Сушков кивнул, не переспрашивая. Он уже слышал кое-что в дороге, но решил составить мнение самостоятельно.
В первый же день он обошел все корпуса.
Больница производила впечатление учреждения, которое давно перестало бороться с собственным запустением и нашло в нем своеобразный покой. Стены облупились, но равномерно. Полы скрипели, но привычно. Фельдшер Сергей Сергеич, сопровождавший нового доктора, говорил мало и смотрел в сторону — так человек смотрит, когда заранее знает, что собеседник задаст неудобный вопрос, и надеется, что не задаст.
Сушков задал.
— А что в том флигеле? — спросил он, указывая на приземистое здание за больничным садом, окруженное лопухами и рыжей от ржавчины оградой.
— Палата номер шесть, — ответил Сергей Сергеич и замолчал так, словно сказанное объясняло все.
Сушков пошел смотреть.
Он толкнул дверь, и ему в лицо ударил запах — тяжелый, кислый, въевшийся в штукатурку годами. В сенях, на табурете, сидел сторож Никитка, плотный мужик с маленькими глазами и большими красными кулаками. Он встал при появлении нового доктора, но не посторонился. Просто встал — как вещь, переставленная с одного места на другое.
— Открой, — сказал Сушков.
Никитка открыл.
В палате было пятеро. Четверо лежали или сидели в позах, выражавших не столько болезнь, сколько давнишнее привыкание к неподвижности. Пятый стоял у окна. Это был Громов — Иван Дмитрич Громов, — и он обернулся, когда дверь скрипнула.
— Еще один, — сказал Громов. Не зло. Скорее констатируя.
Сушков представился. Объяснил, что назначен вместо покойного доктора. Спросил, есть ли жалобы.
Громов засмеялся. Коротко, сухо, как человек, которому рассказали анекдот, понятный только ему.
— Жалобы, — повторил он. — Жалобы есть. Вы присядьте. Жалоб хватит до утра.
И Сушков присел.
Он просидел в палате два часа. Громов говорил — сбивчиво, перескакивая с предмета на предмет, но временами с такой ясностью, что Сушков ловил себя на мысли: этот человек не безумен. Или безумен так, как бывают безумны люди, слишком долго думавшие о вещах, о которых лучше не думать.
Громов рассказал про Рагина. Про их разговоры. Про то, как доктор сначала приходил из любопытства, потом — по привычке, потом — потому что больше некуда было идти. Про то, как однажды доктора привели сюда же, и Никитка ударил его в живот.
— Он умер через день, — сказал Громов. — Кровоизлияние. Но вы этого в бумагах не найдете. В бумагах — удар. Апоплексический. Аккуратное слово, правда? Много букв, и ни одна не виновата.
Сушков вышел из палаты, и ему показалось, что воздух снаружи — тот самый больничный воздух, который утром казался ему затхлым — стал вдруг свежим, как после грозы. Потому что внутри было хуже.
Он написал рапорт. Подробный. На четырех страницах, мелким почерком. Описал состояние палаты, отсутствие вентиляции, непригодность постельного белья, отсутствие лечения, побои со стороны сторожа. Отправил в земскую управу.
Ответ пришел через три недели. На одной странице, крупным почерком. Смысл ответа сводился к тому, что средств на улучшения не предусмотрено, а сторож Никитка служит при больнице восемнадцать лет и нареканий не имел.
Сушков написал второй рапорт. Ответ пришел через месяц. Смысл был тот же, но почерк стал еще крупнее.
Третий рапорт он начал писать, но не закончил. Сел за стол вечером, обмакнул перо и понял, что не помнит, с какого слова начинать. Не то чтобы забыл. Просто все слова, которые приходили в голову, он уже использовал — в первом рапорте и во втором, — и ни одно из них ничего не изменило. Слова были как камни, брошенные в колодец: летели долго, звук удара был глухой, а воды на поверхности не прибавлялось.
Он стал пить пиво по вечерам. Немного, стакан или два. Потом три. Не потому что хотелось, а потому что вечера стали длинными. Книги, привезенные из Москвы, стояли на полке нетронутые — он разложил их в первый день и с тех пор не открывал. Иногда он смотрел на их корешки и думал, что в них написано про другую жизнь, которая существует где-то, но не здесь.
В палату номер шесть он продолжал ходить. Сначала — каждый день. Потом через день. Потом два раза в неделю. Громов замечал это и ничего не говорил. Только однажды, когда Сушков пришел после недельного перерыва, сказал:
— Рагин тоже начинал с каждого дня.
Сушков промолчал. Ему нечего было ответить, и это молчание было страшнее, чем любые слова, потому что он понимал: Громов прав.
К весне Сушков стал подавать рапорты о переименовании палаты. Это было единственное, чего он мог добиться: сменить номер на двери. Земская управа не возражала — расходов это не требовало.
Табличку повесили в мае. «Палата №7». Никитка по-прежнему сидел на табурете. Больные по-прежнему лежали в тех же позах. Громов стоял у окна.
Но номер был другой. И Сушков, проходя мимо, мог теперь думать, что хоть что-то сделал. Этой мысли хватало до вечера. А вечером он наливал себе пиво и смотрел на корешки книг, которые рассказывали про другую жизнь.
Иногда к нему заходил почтмейстер Михаил Аверьяныч — постаревший, с трясущимися руками, — и рассказывал про покойного Рагина. Говорил, что тот был хороший человек, добрый, только странный немного.
— Философствовал много, — говорил Михаил Аверьяныч и качал головой. — А философия, я вам скажу, — вещь вредная. Она человека от дела отвлекает.
Сушков слушал, кивал и не спорил. Спорить было бесполезно. И даже не потому, что Михаил Аверьяныч не понял бы. А потому, что Сушков сам уже не был уверен, что философствование — это не болезнь. Что думание о справедливости — не первый симптом. Что он сам — не следующий пациент палаты с новым номером и старыми стенами.
Классика в нашем времени
Современная интерпретация произведения «Чайка» автора Антон Павлович Чехов
РЕАЛИТИ-ШОУ «ТАЛАНТ НА ОЗЕРЕ»
Сезон 1, Эпизод 3: «Мировая душа и мировой скандал»
Производство: ООО «Новые формы медиа»
Эфир: пятница, 21:00, канал «Культура Плюс»
Рейтинг 16+
═══════════════════════════════════════
ВСТУПИТЕЛЬНЫЙ РОЛИК
[Закадровый голос, бодро, с придыханием]
На прошлой неделе двое участников покинули проект после провального номера с цирковыми голубями. Сегодня — выездной спецвыпуск! Площадка — берег озера в усадьбе продюсера Петра Николаевича Сорина. Главный приз сезона — контракт на авторскую постановку в любом театре Москвы. В жюри: народная артистка Ирина Аркадина и писатель-бестселлер Борис Тригорин.
Но сначала — конфешнл нашего самого непредсказуемого участника.
═══════════════════════════════════════
КОНФЕШНЛ #1 — КОНСТАНТИН ТРЕПЛЕВ, 25 ЛЕТ
[Сидит в плетеном кресле на веранде. Черная водолазка, нервно крутит в пальцах незажженную сигарету. За спиной — озеро.]
«Все эти шоу — мусор. Фокусники, мюзиклы, собачки на велосипедах. Люди приходят и делают... что? То же, что пятьдесят лет назад. Сто. Двести. Живые декорации, бутафорские чувства, — и зал хлопает, потому что привык.
А жюри... Моя мать в жюри. Моя мать. Которая последние десять лет играет в антрепризных комедиях и считает это вершиной сценического мастерства.
(Пауза. Трет лоб. Сигарета ломается.)
...ладно. Я подготовил перформанс. Новые формы. Символизм, монолог о мировой душе, живое озеро вместо декораций. Они не готовы. Но это не моя проблема — это их.»
[Продюсер за камерой]: А кто играет главную роль?
«Нина. Нина Заречная. Она... (смотрит мимо объектива, тихо) ...она поймет. Она единственная, кто поймет.»
═══════════════════════════════════════
КОНФЕШНЛ #2 — НИНА ЗАРЕЧНАЯ, 22 ГОДА
[Стоит у зеркала в гримерке, шепчет текст. Белое платье, босиком.]
«Четыре страницы монолога. Про материю и дух, про мировую душу, про... (заглядывает в мятый листок) ...дьявола, отца вечной материи. Я прочитала трижды. Ничего не поняла. Совсем.
Но Костя говорит — надо чувствовать, не понимать. Окей. Буду чувствовать.
А еще в жюри Тригорин. Тот самый. Который написал «Дни и ночи». Я читала в девятом классе под одеялом с фонариком и рыдала так, что подушка хлюпала. Если он меня заметит...
(Прижимает листок к груди.)
...просто заметит. Больше ничего не надо.»
═══════════════════════════════════════
СЪЕМОЧНАЯ ПЛОЩАДКА — ОЗЕРО, 20:47
[Камера: панорама. Озеро, камыши, остатки заката — багровая полоса у горизонта, будто кто-то провел пальцем по ране. Самодельная сцена: два столба, простыня вместо занавеса, едкий запах серы от дымовых шашек.]
Ведущий — Евгений Дорн (53, врач по первому образованию, телеведущий по второму, философ по складу характера):
— Итак! Добро пожаловать на специальный... (кто-то бубнит в наушник) ...да, выездной выпуск «Таланта на озере»! Участник — Константин Треплев. Жанр...
(Смотрит в карточку. Щурится. Переворачивает.)
...символистская драма. Продолжительность — неизвестна. Ну. Начинаем.
═══════════════════════════════════════
ВЫСТУПЛЕНИЕ
[Простыня ползет вверх рывками — веревка заедает. Наконец сцена открывается. Нина на камне у воды. Белое платье. Луна за спиной — настоящая, не бутафорская, и от этого как-то не по себе. Дым стелется по траве.]
НИНА (громко, руки вверх):
«Люди, львы, орлы и куропатки, рогатые олени, гуси, пауки, молчаливые рыбы, обитавшие в воде, морские звезды и те, которых нельзя было видеть глазом, — словом, все жизни, все жизни, все жизни, свершив печальный круг, угасли...»
[Камера на жюри.]
АРКАДИНА (наклоняется к Тригорину; петличный микрофон ловит все):
— Это что — декадентство?
ТРИГОРИН (не отрывая глаз от Нины):
— Тише...
АРКАДИНА (громче; ей не бывает тише):
— Нет, ну правда. Львы и куропатки в одном перечислении. Кто. Это. Написал.
ТРЕПЛЕВ (из-за кулис):
— Я написал. Мама.
Тишина.
Та самая, от которой у звукорежиссера холодеет затылок — он проверяет уровни, но нет, оборудование в порядке, это просто двадцать восемь человек одновременно перестали дышать.
АРКАДИНА (улыбается в камеру — профессионально, зубы блестят):
— Ну разумеется, дорогой. Продолжайте.
═══════════════════════════════════════
НИНА (голос дрожит, но она держится — она актриса, черт возьми):
«Уже тысячи веков, как земля не носит на себе ни одного живого существа, и эта бедная луна напрасно зажигает свой фонарь...»
АРКАДИНА (бормочет, но петличка бессердечна):
— Очень художественно. Фонарь. Луна. Господи.
ТРЕПЛЕВ (врывается на сцену; оператор дергается):
— Хватит!
Он стоит посреди дыма. Глаза мокрые. Или от серы — поди разбери.
— Спектакль окончен. Занавес!
[Дергает простыню. Столб падает. Шашка переворачивается, чадит на жюри. Аркадина кашляет. Тригорин невозмутимо прикрывает блокнот рукой.]
НИНА (растерянно):
— Костя, что ты...
ТРЕПЛЕВ (уходит, не оборачиваясь):
— Извините. Забыл. Мама всегда знает лучше.
Камера следит по тропинке. Спина прямая. Кулаки сжаты. Сигарета — вторая, целая — так и не зажжена.
═══════════════════════════════════════
РЕАКЦИЯ ЖЮРИ
ДОРН:
— Неожиданный финал. Ирина Николаевна?
АРКАДИНА (поправляет шарф, точно знает — монтаж на ее стороне):
— Мальчик талантливый. Но сырой. Ему бы поучиться у мастеров, прежде чем... (неопределенный жест в сторону руин) ...вот это все. Новые формы — прекрасно. Но зритель хочет историю, а не перечисление фауны.
ДОРН:
— Борис Алексеевич?
ТРИГОРИН (смотрит на Нину, которая все стоит на камне, забыв спуститься):
— Там было что-то. Не в тексте — в картинке. Девушка в белом у черной воды.
(Достает блокнот.)
— Сюжет для небольшого рассказа. Девушка, живет у озера всю жизнь, счастливая и свободная — как чайка. Потом приходит человек и от нечего делать — губит. Как вот эту чайку.
АРКАДИНА (ледяным тоном):
— Боря. Ты записываешь сюжеты в прямом эфире. Серьезно.
ТРИГОРИН:
— Я всегда записываю. Профдеформация.
(Улыбается. Улыбка — как бумажный пакет: вроде есть, а внутри пусто.)
═══════════════════════════════════════
КОНФЕШНЛ #3 — ТРЕПЛЕВ (после выступления)
[Темно. Глаза красные, водолазка порвана — зацепился за столб, когда рушил собственную сцену.]
«Я знал. Я знал, что она это сделает. Каждый. Раз. Мне двадцать пять, а она все еще может одной репликой — мимоходом, между глотками шампанского — выдернуть пол.
(Голос ломается. Потом — ровнее.)
Нина была... Нина была. Остальное неважно.»
[Продюсер]: Продолжишь участие?
«А какой смысл?»
Пауза. Секунд десять. Или двадцать. Камера не мигает.
«Да. Продолжу. Куда мне деваться.»
═══════════════════════════════════════
КОНФЕШНЛ #4 — НИНА ЗАРЕЧНАЯ (после выступления)
[В белом платье, подол мокрый. Тушь потекла, но немного, красиво — как в кино.]
«Странно. Больно. Красиво — первые три минуты. Костин текст необычный. Может, гениальный. А может — нет. Я актриса, мне бы играть, а не оценивать.
А Тригорин... Он на меня смотрел. Не на Аркадину — которая, между прочим, его женщина. На меня. И потом записывал что-то в блокнот.
(Смотрит в камеру.)
Наверное, это ничего не значит. Писатели все время что-то записывают.
Ведь правда — ничего не значит?»
═══════════════════════════════════════
ЗАКУЛИСЬЕ — НЕВОШЕДШЕЕ В ОСНОВНОЙ ЭФИР
(Ночной повтор без цензуры, 01:30)
[Камера наблюдения у мостков. 23:14. Тригорин курит у воды.]
Нина подходит босиком по мокрой траве.
НИНА: Мне очень нравятся ваши книги. Все.
ТРИГОРИН: Даже «Шаги по мосту»? Ее никто не читал.
НИНА: Особенно «Шаги по мосту».
ТРИГОРИН: Вы хорошо играли. Жаль, что прервали не в том месте. Я хотел дослушать.
[Камера: на балконе — силуэт Аркадиной. Бокал в руке, костяшки побелели. Лицо не разобрать. Но поза говорит достаточно.]
═══════════════════════════════════════
КОММЕНТАРИИ ЗРИТЕЛЕЙ
@teatralka_msk: МАТЬ ЕГО УНИЗИЛА В ПРЯМОМ ЭФИРЕ я рыдаю 😭😭😭
@critic_ivan: Монолог объективно слабый. Куропатки и львы. Аркадина права.
@nina_stan_01: Нина в белом у воды — ВОЛШЕБНО пока не сломали
@dramaturg_anon: Треплеву нужен терапевт а не талант-шоу. Мамины проблемы на сцену тащить это acting out
@books_n_tea: Тригорин записал сюжет ПРЯМО НА КАМЕРУ. Из чужой трагедии 🤡
@mama_ira_fan: Аркадина — профессионал. Добро пожаловать в индустрию, малыш.
@teatralka_msk: @critic_ivan @mama_ira_fan вы оба бездушные колоды
@ozero_bot: 🏡 Купить участок у озера! Скидка 30%! Ссылка в профиле!
@lonely_seagull: а чайка тут при чем??
@nina_stan_01: @lonely_seagull подожди до финала сезона
@psycho_couch: Треплев не зажег сигарету ни разу за весь эпизод. Это метафора или он бросает? Я за метафору
═══════════════════════════════════════
ПРЕВЬЮ СЛЕДУЮЩЕГО ЭПИЗОДА
[Закадровый голос]:
Треплев приносит к ногам Нины мертвую чайку. Тригорин приглашает Нину на кофе. Аркадина устраивает скандал из-за лошадей и расписания поездов. Кто покинет проект?
Не переключайтесь.
═══════════════════════════════════════
РЕЙТИНГИ ЭПИЗОДА
Доля аудитории: 23.7%
Пик: «Хватит! Спектакль окончен!» — 31.4%
Самый цитируемый: «Сюжет для небольшого рассказа» (Тригорин)
Топ запросов после эфира:
1. «Аркадина мать Треплева почему она так»
2. «Нина Заречная инстаграм»
3. «Тригорин книги скачать»
4. «Новые формы в искусстве»
5. «Куропатки и львы совместимость»
Участок 1180 м² (ИЖС) в зоне повышенной комфортности. Газ, электричество, вода, оптоволокно. В комплекте эксклюзивный проект 3-этажной виллы ~200 м² с бассейном, сауной и террасами. До Калининграда 7 км, до моря 20 км. Окружение особняков, первый от асфальта.
«Медицина — моя законная жена, литература — любовница».
Это Чехов написал другу в письме. Без пафоса, почти мимоходом.
1892 год. Эпидемия холеры движется с юга России на север. Чехов к тому моменту уже год как переехал в Мелихово — купил имение, завел огород, посадил вишневый сад.
Уездный врач заболел. Чехов взял участок на себя.
Двадцать пять деревень. Четыре фабрики. Несколько тысяч крестьян. Он организовывал карантинные пункты, следил за колодцами, объяснял, как мыть руки — крестьяне в это не верили и обижались.
«Холера наводит уныние, — писал он. — Работаю, не переставая. Но устал».
Тем же летом — «Палата № 6». Рассказ о враче, который оказывается заперт в той же палате для умалишенных, которой управлял.
Литературоведы спорят: была ли это случайность — или эпидемия, реальные страдания реальных людей, усиленные беспомощностью медицины, прямо перетекли в текст?
Чехов умер в 1904 году, в Баденвайлере. Сорок четыре года. Туберкулез. Последние слова произнес по-немецки — «Ich sterbe». Доктор Чехов умер, сообщив об этом как о медицинском факте.
В «Вишневом саде» нет злодея. Лопахин не злодей — он просто деловой человек. Раневская не жертва — она просто не умеет жить в настоящем. Чехов показал: самый сильный конфликт — это когда никто не виноват, а все равно все рушится.
Классическая драматургия требует антагониста. Кто-то должен хотеть плохого, кто-то должен стоять на пути. Чехов отказался от этого требования — и написал пьесу, в которой конфликт между людьми, каждый из которых прав по-своему. Лопахин предлагает разумное решение. Раневская не может его принять не потому что глупа, а потому что сад — это ее прошлое, а прошлое нельзя вырубить.
Конфликт без злодея — это конфликт ценностей. Он страшнее конфликта характеров, потому что его нельзя разрешить победой одной стороны. Если злодей побеждает — плохо. Если злодей проигрывает — хорошо. Но если в «Вишневом саде» побеждает Лопахин с его прагматизмом — это тоже потеря. Читатель не может выбрать, за кого болеть. Это и есть трагедия.
Большинство начинающих авторов создают злодея, потому что так проще организовать сюжет: у протагониста есть цель, у антагониста — противоположная, они сталкиваются. Но реальная жизнь устроена иначе: люди терпят поражение не от злодеев, а от обстоятельств, времени, собственных привязанностей и чужих добрых намерений. Именно это болезненно узнаваемо.
Попробуйте написать сцену конфликта, в которой оба персонажа правы. Не «каждый по-своему» в смысле «оба немного правы и немного нет» — а оба полностью правы, но в разных системах ценностей. Посмотрите, насколько сложнее и честнее становится ваш текст.
Творческое продолжение классики
Это художественная фантазия на тему произведения «Вишневый сад» автора Антон Павлович Чехов. Как бы мог продолжиться сюжет, если бы писатель решил его развить?
Оригинальный отрывок
Фирс (подходит к двери, трогает за ручку). Заперто. Уехали... (Садится на диван.) Про меня забыли... Ничего... я тут посижу... А Леонид Андреич, небось, шубы не надел, в пальто поехал... (Озабоченно вздыхает.) Я не поглядел... Молодо-зелено! (Бормочет что-то, что нельзя разобрать.) Жизнь-то прошла, словно и не жил... (Ложится.) Я полежу... Силушки-то у тебя нету, ничего не осталось, ничего... Эх ты... недотепа!.. (Лежит неподвижно.) Слышится отдаленный звук, точно с неба, звук лопнувшей струны, замирающий, печальный. Наступает тишина, и только слышно, как далеко в саду топором стучат по дереву.
Продолжение
Фирса нашли на третий день.
Нашел его десятник Петрушка — мужик с красным, обветренным лицом и привычкой чесать затылок левой рукой при всяком затруднении, — когда пришел с артельными снимать ставни с главного дома. Дверь была заколочена, он это знал; но замок не поддавался ломику, и Петрушка послал одного из мужиков за топором, а пока ждал — заглянул в щель между досками и увидел внутри, на диване, что-то темное, неподвижное, похожее на кучу тряпья.
— Глянь-ка, — сказал он мужику, вернувшемуся с топором, — там барахло какое-то забыли. Или собака дохлая.
Когда дверь была сбита (хороший дубовый косяк, Петрушка потом жалел, что не сняли аккуратнее), выяснилось, что это не барахло и не собака, а очень старый человек, лежащий на боку, в ливрее, с согнутыми коленями. Он дышал. Едва-едва, но дышал — хотя три дня без воды и еды, в холодном нетопленом доме, при его-то годах; это было, по совести сказать, необъяснимо, и Петрушка решил, что старик, вероятно, колдун. В деревне и потом так считали.
Фирс очнулся к вечеру. Мутно поглядел на Петрушку, на потолок, на стакан воды, поднесенный к его губам, и сказал — очень тихо, но отчетливо:
— Леонид Андреич шубу не надел.
— Какую шубу? — переспросил Петрушка.
— В пальто поехал. В пальто.
— Да нету тут никакого Леонида Андреича, — сказал Петрушка, снова почесав затылок. — Уехали все. Три дня уж.
— Знаю, — ответил Фирс и закрыл глаза. Помолчал. Потом добавил: — Недотепы.
Телеграмму дали Лопахину — он был в уезде, — и Лопахин, узнав, что в проданном имении забыли живого человека, рассердился, потом расстроился, потом рассердился опять, и в конечном итоге послал две телеграммы: одну — Раневской в Париж, другую — Гаеву, о котором было известно только то, что он, кажется, поступил в банк. Или нет. Точно никто не помнил.
Раневская ответила через сутки. Телеграмма была длинная, бессвязная и стоила, по подсчетам телеграфиста, рублей пятнадцать — что само по себе составляло маленький скандал в уездной конторе. Содержание сводилось к следующему: Боже мой, бедный Фирс; она всегда знала, что этим кончится; пусть ему дадут бульону; она посылает деньги; Париж ужасен; впрочем, нет, Париж прекрасен; деньги она пошлет завтра или послезавтра; у нее совершенно нет денег; Боже мой, бедный, бедный Фирс.
Денег она не прислала. Ни завтра, ни послезавтра, ни через неделю.
Гаев не ответил вовсе. Впрочем, выяснилось впоследствии, что телеграмма до него не дошла — адрес был неверен: он поступил не в тот банк, а в другой, а может быть, и не в банк, а в земскую управу, но этого Лопахин установить не смог, да и, по правде говоря, перестал стараться.
Фирс между тем выздоравливал — если это слово применимо к человеку восьмидесяти семи лет, который и до запирания в доме не отличался, прямо сказать, крепостью. Его устроили в людской, на кухне, у печки. Петрушка, по наущению жены — женщины суеверной и сентиментальной, — носил ему щи и кашу и даже, однажды, чай с медом, хотя мед был дорог, а Петрушка скуп.
Фирс ел мало, говорил еще меньше, но когда говорил — говорил всегда одно и то же:
— При покойном барине...
— Какие нынче люди...
— Леонид Андреич в пальто поехал...
Петрушка слушал терпеливо. Жена его плакала. Собака, забежавшая в людскую, легла у ног Фирса и уснула. За окном стучали топоры — рубили вишневый сад.
Лопахин приехал на четвертый день — лично, что удивило Петрушку и насторожило жену. Прошел по дому, поскрипывая новыми сапогами, остановился у кухни, посмотрел на Фирса — долго, молча, — и лицо его сделалось такое, какого Петрушка за ним прежде не замечал: не злое, не веселое, а какое-то... растерянное. Словно увидел нечто, чего не ожидал, и не мог решить — уместно ли здесь говорить или лучше промолчать.
— Фирс, — сказал он наконец. — Фирс, ты меня слышишь?
— Слышу, — ответил Фирс, не открывая глаз. — Ермолай Алексеич. Слышу. Батюшка ваш — покойник — кричал громче.
Лопахин дернулся, как от пощечины. Постоял. Повернулся к Петрушке.
— Доктора вызвать. Из города. За мой счет. И кормить как следует, не щами этими вашими.
— Щи хорошие, — обиделась жена Петрушки из-за двери.
— Я не сказал, что плохие, — ответил Лопахин. — Я сказал — как следует.
Он ушел быстро — почти выбежал — и уже на крыльце, оглянувшись на дом, на заколоченные окна, на пеньки от вишен, видневшиеся из-за угла, — вдруг снял шапку и провел ладонью по лицу. Жест был странный; так делают, когда хотят убедиться, что не спят. Или — когда стирают что-то невидимое.
Однажды Фирс, съев половину миски щей — для него это было много, почти пиршество, — вдруг поднял голову и спросил:
— А вишню-то варить будут?
— Какую вишню? — не понял Петрушка.
— Сушеную. Вишню сушеную. Прежде — умели. Рецепт был. Теперь забыли.
— Да ее ж рубят, вишню вашу, — сказал Петрушка, и сам не обрадовался тому, что сказал.
Фирс помолчал. Лицо его — и без того неподвижное, пергаментное — стало совсем каменным. Он отодвинул миску, аккуратно, двумя руками, как человек, который всю жизнь обращался с чужими вещами бережнее, чем с собственными, и сказал:
— Недотепы.
Это было его последнее слово. К вечеру он заснул и больше не просыпался; доктор, вызванный из города на другой день — тот самый доктор, за счет Лопахина, — констатировал, что смерть наступила тихо, без страдания, вероятнее всего — во сне. Ему было, по собственным его показаниям, восемьдесят семь лет; по предположениям доктора — больше; сколько именно — никто в точности не знал, и узнать было уже не у кого.
Похоронили его на сельском кладбище, рядом с другими дворовыми. Лопахин прислал на похороны двадцать пять рублей и венок; венок задержался в дороге и прибыл через два дня после похорон; его положили на могилу, но ветер сорвал ленту, и мальчишки растащили искусственные цветы.
Раневская узнала о смерти Фирса через месяц — из письма Ани, которая узнала от Пети Трофимова, который случайно встретил в Москве Лопахина, — и плакала весь вечер, а потом поехала в оперу, потому что билеты были куплены заранее и сдать их уже было нельзя.
В тот же вечер — это совпадение, не более — на месте вырубленного сада начали рыть канавы под фундамент. Земля была мягкая, податливая, пахла чем-то сладким — то ли гнилыми корнями, то ли чем-то еще, чему Петрушка не мог подобрать названия. Он копнул лопатой и выворотил из земли корень — толстый, узловатый, темный от сока, — посмотрел на него и бросил в канаву.
Кто-то из мужиков — кажется, Егорка-плотник, а может, и не он — подобрал корень и понюхал.
— Вишня, — сказал он.
Больше никто ничего не сказал. Стучали топоры. Наступал вечер.
Классика в нашем времени
Современная интерпретация произведения «Палата №6» автора Антон Павлович Чехов
══════════════════════════════════════════
📧 ЭЛЕКТРОННАЯ ПОЧТА — ГОРОДСКАЯ БОЛЬНИЦА №9, г. N.
Сервер: mail.gorodbolnica9.ru
Архив переписки восстановлен по запросу следственного комитета
══════════════════════════════════════════
─────────────────────────────────────────
От: Хоботов Е.Ф.
Кому: Сергеев П.А.
Дата: 14 марта 2026, 09:17
Тема: Служебная записка (конфиденциально)
─────────────────────────────────────────
Уважаемый Петр Алексеевич,
обращаюсь к Вам не как коллега, а как человек, которому — простите за пафос — не все равно. Ситуация с Рагиным А.Е., главным врачом нашей больницы, вышла за рамки того, что можно списать на чудачество.
Вкратце. С февраля он ежедневно проводит от полутора до четырех часов в палате №6 (отделение для душевнобольных, если вдруг забыли — туда комиссия ни разу не заглядывала с 2019-го). Разговаривает с пациентом Громовым И.Д. О чем — не вполне ясно, но санитар Никита докладывает: «про страдания и про стоиков каких-то».
Я не философ. Я хирург.
Но когда главврач перестает подписывать накладные, не является на планерки и — это я узнал вчера — приносит Громову из дома книги (Марк Аврелий, серьезно?), мне кажется, пора что-то делать.
Прилагаю табель посещений, составленный по записям вахтера.
С уважением,
Хоботов Евгений Федорович,
зам. главного врача
P.S. Не сочтите за интригу. Сочтите за тревогу.
═══════════════════════════════════════
─────────────────────────────────────────
От: Сергеев П.А.
Кому: Рагин А.Е.
Дата: 15 марта 2026, 11:43
Тема: Запрос пояснений (вх. №247-ЛС/2026)
─────────────────────────────────────────
Андрей Ефимович,
добрый день. В департамент поступил сигнал. Не буду называть источник — вы и сами догадываетесь.
Вопросы:
1) Подтверждаете ли Вы регулярные посещения палаты №6?
2) С какой клинической целью?
3) Почему не поставлен на учет визит-план и не оформлены записи в журнале наблюдений?
Ответ прошу в письменном виде до 18 марта.
Сергеев П.А.,
нач. отдела кадровой политики
Департамент здравоохранения
═══════════════════════════════════════
─────────────────────────────────────────
От: Рагин А.Е.
Кому: Сергеев П.А.
Дата: 18 марта 2026, 23:51
Тема: Re: Запрос пояснений (вх. №247-ЛС/2026)
─────────────────────────────────────────
Петр Алексеевич.
Вы спрашиваете — зачем я хожу в палату №6. Попробую объяснить, хотя заранее знаю: не получится.
Громов — единственный человек в этом городе, с которым можно разговаривать. Вот так. Написал и сам удивился, до чего это жалко звучит. Но это правда. Двадцать лет я здесь главврач. Двадцать лет — планерки, накладные, запах хлорки, жалобы, крысы в подвале, протечка в хирургии, протечка в терапии, протечка везде. И ни одного — слышите? — ни одного разговора о чем-нибудь, кроме протечек.
А Громов говорит о страдании. О том, что вся наша медицина — заплатка на мироздании, которому мы вообще не нужны. Грубо? Да. Но хотя бы честно. Мне за двадцать лет никто ничего честного не сказал.
Клинической цели нет. Человеческая — есть. Впрочем, для отчетности можете написать «мониторинг состояния пациента в рамках личного контроля главного врача». Я подпишу.
Насчет Марка Аврелия — он стоик. Учил, что внешние обстоятельства не могут причинить страдания, если дух силен. Мне кажется, Громову это полезнее галоперидола. Хотя кто я такой, чтобы судить.
Кто я вообще такой.
Р.
P.S. Накладные подпишу завтра. Или послезавтра.
═══════════════════════════════════════
─────────────────────────────────────────
От: Сергеев П.А.
Кому: Хоботов Е.Ф.
Дата: 19 марта 2026, 08:02
Тема: FW: Re: Запрос пояснений (вх. №247-ЛС/2026)
─────────────────────────────────────────
Евгений Федорович,
пересылаю без комментариев.
Вы правы. Готовьте комиссию.
═══════════════════════════════════════
─────────────────────────────────────────
От: Хоботов Е.Ф.
Кому: Рагин А.Е.
Дата: 20 марта 2026, 14:30
Тема: Дружеский совет
─────────────────────────────────────────
Андрей Ефимович,
не сердитесь. Я к вам — по-товарищески. Может, отдохнете? Возьмите отпуск, съездите куда-нибудь. В Крым, например. Или хотя бы в областной центр — там, говорят, филармонию отремонтировали.
Палата №6 — это, знаете ли, не место для прогулок. Там грязь, вонь, Никита пациентов бьет (это между нами; хотя вы и так знаете; хотя вам и так, похоже, все равно).
Е.Х.
P.S. Пиво в субботу — в силе? Или вы теперь только с Громовым?
═══════════════════════════════════════
─────────────────────────────────────────
От: Рагин А.Е.
Кому: Хоботов Е.Ф.
Дата: 20 марта 2026, 22:14
Тема: Re: Дружеский совет
─────────────────────────────────────────
Евгений Федорович.
Вы пишете «по-товарищески», а пересылаете мои письма в департамент. Это ничего. Я не в обиде. Обижаться — глупо; стоики считали гнев болезнью рассудка, а обиду — ее легкой формой.
Отпуск — нет. Куда мне ехать. Крым. Филармония. Зачем?
Никита бьет пациентов — знаю. Уже двенадцать лет знаю. Не остановил. Вот это — настоящий диагноз. Не мои визиты к Громову.
А пиво — бросил. Пиво здесь дрянное. Впрочем, как и все остальное.
Р.
═══════════════════════════════════════
─────────────────────────────────────────
От: Громов И.Д.
Кому: Рагин А.Е.
Дата: 22 марта 2026, 03:41
Тема: (без темы)
─────────────────────────────────────────
Доктор.
Никита уснул, а у Мойсейки в тумбочке оказался телефон. Откуда — не спрашивайте. Мойсейка вообще полон сюрпризов.
Я вот что хотел сказать. Вы все ходите, ходите сюда, и я — поначалу — думал: издевается. Барин развлекается. Заглянул в зоопарк. А потом смотрю: нет. У вас глаза, как у человека, который понял что-то такое, чего лучше бы не понимал.
Только вот что, доктор. Вы рассуждаете о стоиках — красиво, не спорю. Дух сильнее обстоятельств, страдание иллюзорно, бла-бла-бла. А попробуйте пожить здесь. Неделю. Три дня. Никита двинет вам в бок кулаком — проверим, насколько ваш дух силен.
Марк Аврелий был императором. Ему легко было быть стоиком. У него рабы были.
Не приходите больше. Или нет — приходите. Мне все равно не с кем разговаривать. Но хватит врать себе, что вам это «интеллектуальный обмен». Вы сюда бежите. От чего — разберитесь сами.
Громов.
Отправлено с телефона Мойсейки. Мойсейка передает привет и просит конфет.
═══════════════════════════════════════
─────────────────────────────────────────
От: IT-отдел
Кому: Хоботов Е.Ф.
Дата: 23 марта 2026, 10:05
Тема: Инцидент безопасности: несанкционированный доступ
─────────────────────────────────────────
Евгений Федорович,
фиксируем: 22.03, 03:41 — отправка письма с учетной записи patient_ward6_03 (Громов И.Д., палата №6). У пациентов палаты №6 доступ к электронной почте заблокирован с 2022 года. Вероятно, использовано мобильное устройство, не зарегистрированное в системе.
Мер. рекоменд.: проверка палаты, изъятие устройств.
P.S. Кстати, логин ragin@gorodbolnica9.ru не менял пароль 4 года. Пароль: bolnica123. Это к слову.
═══════════════════════════════════════
─────────────────────────────────────────
От: Хоботов Е.Ф.
Кому: ragin@gorodbolnica9.ru; sergeev@gorzdrav-n.ru; ivanova_k@gorzdrav-n.ru; komissiya@gorzdrav-n.ru
Дата: 25 марта 2026, 16:00
Тема: Протокол внеочередного заседания медицинской комиссии
─────────────────────────────────────────
Уважаемые коллеги,
по результатам заседания комиссии от 25.03.2026 принято решение:
1. Рагин А.Е. освобожден от должности главного врача (приказ №112-к от 25.03.2026).
2. Рагину А.Е. рекомендовано стационарное обследование в условиях нашего учреждения.
3. Исполнение обязанностей главного врача возлагается на Хоботова Е.Ф.
Обследование начнется 26 марта. Палата определена: №6.
Протокол подписан всеми членами комиссии. Рагин А.Е. от подписи отказался. Сказал: «Какая разница». Занесено в протокол.
И.о. главного врача,
Хоботов Е.Ф.
═══════════════════════════════════════
─────────────────────────────────────────
От: Рагин А.Е.
Кому: Громов И.Д.
Дата: 26 марта 2026, 07:58
Тема: Вы были правы
─────────────────────────────────────────
Иван Дмитриевич.
Помните, вы говорили — попробуйте пожить здесь?
Вот. Попробую.
Никита встретил меня в дверях и сказал «ложись». Именно так — «ложись». Не «ложитесь». Двадцать лет я был его начальником. Двадцать секунд понадобилось, чтобы перестать.
Марк Аврелий — вы правы. Он был императором. А я; я оказывается; был никем. Просто очень долго этого не замечал.
Окна здесь с решетками. Странно: я видел эти решетки тысячу раз снаружи. Изнутри они совсем другие.
Р.
P.S. Мойсейке конфеты в кармане халата. Ирис «Золотой ключик». Других в ларьке не было.
═══════════════════════════════════════
─────────────────────────────────────────
От: MAILER-DAEMON
Кому: ragin@gorodbolnica9.ru
Дата: 26 марта 2026, 07:58
Тема: Undelivered Mail Returned to Sender
─────────────────────────────────────────
Your message to patient_ward6_03@gorodbolnica9.ru could not be delivered.
Reason: Access denied. Outgoing mail from Ward 6 terminals has been disabled by administrator khobotov@gorodbolnica9.ru (25.03.2026, 18:47).
═══════════════════════════════════════
─────────────────────────────────────────
От: Автоответчик
Дата: активирован 27 марта 2026
Тема: Автоматический ответ
─────────────────────────────────────────
Спасибо за ваше письмо. Доктор Рагин А.Е. в настоящее время недоступен.
По всем вопросам обращайтесь к и.о. главного врача Хоботову Е.Ф.
// Это сообщение сформировано автоматически. Пожалуйста, не отвечайте на него. //
═══════════════════════════════════════
─────────────────────────────────────────
От: IT-отдел
Кому: Хоботов Е.Ф.
Дата: 2 апреля 2026, 09:00
Тема: Учетная запись ragin@gorodbolnica9.ru — деактивация
─────────────────────────────────────────
Евгений Федорович,
учетная запись ragin@ деактивирована по вашему запросу. Архив писем сохранен на сервере (срок хранения — 3 года).
В почтовом ящике обнаружено 1247 непрочитанных писем за период 2022–2026 гг. Тема большинства: «Протечка», «Накладные», «Жалоба», «Крысы в подвале».
Прочитанных писем за тот же период: 14. Все — от patient_ward6_03.
═══════════════════════════════════════
// Архив закрыт. //
// Рагин А.Е. скончался в палате №6 через пять дней. //
// Диагноз — апоплексический удар. //
// Мойсейка так и не получил конфеты. Никита забрал. //
В Москву! В Москву! В Москву! Это стало моей единственной мечтой, моей надеждой, моим спасением от этой скучной, пустой жизни.
Из какой книги этот отрывок?
Объяснение:
«Три сестры» (1901) - пьеса о неосуществленных мечтах. Отрывок выражает тоску героинь о Москве и счастье. Конфликт мечты и реальности стал символом вечной человеческой тоски по лучшей жизни.
И только теперь, когда у него голова стала седой, он полюбил, как следует, по-настоящему - первый раз в жизни.
Из какой книги этот отрывок?
Объяснение:
'Дама с собачкой' Чехова (1899) - история встречи, изменившей две жизни. Герой впервые испытывает любовь. Озарение человека, открывающего неизвестные чувства - главная тема произведения.
Творческое продолжение классики
Это художественная фантазия на тему произведения «Дядя Ваня» автора Антон Павлович Чехов. Как бы мог продолжиться сюжет, если бы писатель решил его развить?
Оригинальный отрывок
СОНЯ (становится перед ним на колени и кладет голову на его руки; сквозь слезы). Мы отдохнем! Мы услышим ангелов, мы увидим все небо в алмазах, мы увидим, как все зло земное, все наши страдания потонут в милосердии, которое наполнит собою весь мир, и наша жизнь станет тихою, нежною, сладкою, как ласка. Я верую, верую... Мы отдохнем!
Продолжение
ДЕЙСТВИЕ ПЯТОЕ
Та же комната, что и в первом действии. Справа — дверь, ведущая во внутренние покои; слева — дверь в переднюю. Осень. За окнами дождь. Вечер. На столе — конторские книги, счеты, бумаги. Горит лампа под зеленым абажуром.
ВОЙНИЦКИЙ сидит за столом и щелкает на счетах. МАРИНА в кресле, вяжет чулок.
МАРИНА. Опять дождь, батюшка. Третий день.
ВОЙНИЦКИЙ (не отрываясь от счетов). Да.
МАРИНА. В прошлом году в эту пору тоже дождь шел. Или в позапрошлом. Путаю уже.
ВОЙНИЦКИЙ. Всегда дождь. Всегда в эту пору. Двести двадцать три рубля шестьдесят копеек... (Записывает.) Масло, свечи, почтовые расходы...
Пауза.
МАРИНА. Письмо от Александра Владимировича пришло.
ВОЙНИЦКИЙ (помолчав). Знаю.
МАРИНА. Читал?
ВОЙНИЦКИЙ. Читал. (Пауза.) Денег просит. Елена Андреевна больна, нужен доктор, нужны воды, нужно то, нужно се. (Щелкает на счетах.) Как всегда.
МАРИНА. А пошлешь?
ВОЙНИЦКИЙ. Пошлю. Куда же я денусь? (Пауза.) Когда-то я думал, что смогу перестать. Что будет такой момент, когда я скажу — нет, довольно, я не раб, я — человек. (Усмехается.) Момент не наступил. Подозреваю, что и не наступит.
МАРИНА. Чайку бы выпил, Иван Петрович.
ВОЙНИЦКИЙ. Не хочу.
МАРИНА. А я заварю. (Не двигается с места, продолжает вязать.)
Пауза. За окнами дождь усиливается.
Входит ТЕЛЕГИН, мокрый, в калошах. Останавливается у двери, стряхивает воду с картуза.
ТЕЛЕГИН. Какой дождь, ай-яй-яй! Я к Ефимовым ходил — у них крыша потекла. Помогал ставить ведра. У них девять ведер, а крыша течет в двенадцати местах. Три места пришлось прикрыть тряпками.
ВОЙНИЦКИЙ. Угу.
ТЕЛЕГИН (снимая калоши). А впрочем, они не жалуются. Ефимов говорит: «Могло быть и хуже». Хороший человек Ефимов. Философ. (Пауза.) Я тоже, впрочем, думаю, что могло быть хуже. Всегда могло быть хуже. Это утешает.
ВОЙНИЦКИЙ. Меня — нет.
ТЕЛЕГИН (покорно). Да, Иван Петрович. Тебя — нет. (Садится в сторонке, тихо перебирает струны гитары, но не играет — просто трогает.)
Входит СОНЯ. Она в темном платье, волосы убраны просто. В руках — письмо.
СОНЯ. Дядя Ваня, я тоже прочла. (Кладет письмо на стол.) Папа пишет, что Елене Андреевне нужен Наухайм. Это дорого.
ВОЙНИЦКИЙ. Все дорого. Жить дорого. Не жить — тоже, наверное, дорого, только счет предъявить некому.
СОНЯ (тихо). Не надо так.
ВОЙНИЦКИЙ. Прости. Я не жалуюсь. Я просто считаю. (Показывает на счеты.) Вот — считаю. Это единственное, что я делаю хорошо. Считать.
СОНЯ (подходит, кладет руку ему на плечо). Мы пошлем деньги.
ВОЙНИЦКИЙ. Разумеется, пошлем.
СОНЯ. И будем работать.
ВОЙНИЦКИЙ. Разумеется, будем. (Пауза.) Помнишь, ты мне говорила — мы отдохнем? Мы увидим небо в алмазах?
СОНЯ (тихо). Помню.
ВОЙНИЦКИЙ. Я тебе тогда не сказал... Я и сейчас не скажу. (Возвращается к счетам.) Двести двадцать три шестьдесят... плюс сто сорок за масло...
Пауза. Дождь. Марина вяжет. Телегин трогает струну.
СОНЯ (стоит у окна, смотрит на дождь). Михаил Львович давно не приезжал.
ВОЙНИЦКИЙ. Месяца три.
СОНЯ. Четыре. (Пауза.) Впрочем, я не считаю.
ВОЙНИЦКИЙ (бросает на нее быстрый взгляд, но ничего не говорит).
Стук в дверь. Входит АСТРОВ. На нем мокрое пальто, шляпа сдвинута на затылок. Он не садится.
АСТРОВ. Я на минуту. Еду к Мальцевым — у них мальчик заболел. Дифтерит, кажется. (Пауза.) Заехал только сказать — в Рождественском лесу опять рубят. Незаконно. Я писал в уезд, но... (Машет рукой.) Ну, вы понимаете.
ВОЙНИЦКИЙ. Понимаем.
АСТРОВ (замечает Соню, чуть задерживает взгляд. Потом отводит глаза). Ну, я поехал.
МАРИНА. Чайку бы, Михаил Львович.
АСТРОВ. Нет, няня, спасибо. Мальчик ждать не будет. (Надевает шляпу.) Прощайте.
СОНЯ. Прощайте, Михаил Львович.
Астров уходит. Слышно, как за дверью он надевает калоши. Потом — звук отъезжающей повозки.
Пауза.
МАРИНА. Даже чаю не выпил.
ТЕЛЕГИН (тихо). Торопится. Доктора всегда торопятся. У них жизнь такая.
Соня стоит у окна. Не оборачивается. Плечи ее чуть вздрагивают — но, может быть, это только кажется.
ВОЙНИЦКИЙ (не поднимая головы). Триста шестьдесят три рубля шестьдесят копеек. (Записывает.)
Пауза.
СОНЯ (не оборачиваясь). Дядя Ваня.
ВОЙНИЦКИЙ. Что?
СОНЯ. Ничего. (Пауза.) Мы будем работать. Мы будем терпеливо нести свой крест. А потом... потом...
Она не договаривает. Дождь за окном. Лампа горит. Марина вяжет. Телегин тихо, одним пальцем, играет что-то — не мелодию даже, а так, два-три звука.
Войницкий считает.
Занавес медленно опускается.
КОНЕЦ
Классика в нашем времени
Современная интерпретация произведения «Палата №6» автора Антон Павлович Чехов
**r/legaladvice**
---
**u/dr_ragin_1892** • 3ч назад
# Меня заперли в психиатрическом отделении моей же больницы. Я тут РАБОТАЮ. Что делать?
Длинный пост, простите, руки трясутся. Телефон отберут через час, наверное.
Контекст. Я — врач. Работаю в земской больнице. Городок маленький, название не скажу. Палат много, но речь про одну конкретную — палату №6. Там содержатся душевнобольные. Условия — ну. Представьте сарай. С решётками. Сторож Никита бьёт пациентов, когда ему скучно, а скучно ему всегда.
Я знал про это годами. Не вмешивался. Просто... не вмешивался. Это важно для понимания.
Месяц назад стал заходить к одному пациенту — Ивану Дмитричу Громову. Умнейший человек. Бывший дворянин, попал туда из-за мании преследования, но поговорить с ним — это как глоток нормальности в этом болоте. Ирония, да? Нормальность — от пациента психиатрической палаты.
Мы говорили о страдании, о морали, о том, есть ли вообще смысл в этом цирке. Он злился на меня — говорил, что я равнодушный, что моя философия стоицизма — это просто лень. Может, был прав. Наверное, был прав.
И вот. Коллеги решили, что я свихнулся. Почтмейстер — этот идиот с вечной улыбкой — стал приходить ко мне с «визитами». Доктор Хоботов, мой заместитель (карьерист, Господи, какой карьерист), намекал на «переутомление». А вчера мне предложили «полежать для обследования».
В палате №6.
Я зашёл. Дверь закрылась.
Никита стоит у входа.
Я сказал: «Выпустите, это ошибка». Никита сказал: «Не положено». Тем же тоном, каким говорил это Громову. И Моисейке. И всем остальным, кого я двадцать лет не замечал за этой дверью.
Прямо сейчас я сижу на кровати с панцирной сеткой, которая провалилась ровно посередине, и матрас пахнет — ну, вы представляете. Нет, вы не представляете. Лампочка мигает. Или это у меня в глазах.
Вопросы:
1. Может ли администрация больницы принудительно госпитализировать собственного сотрудника без решения суда?
2. Хоботов подписал направление. Он мой подчинённый. Это конфликт интересов?
3. Куда жаловаться, если город маленький, а все друг друга знают и всем плевать?
**Апдейт:** Громов сказал: «Добро пожаловать. Теперь вы понимаете». Я не хочу понимать.
---
**Топ-комментарии:**
---
**u/legal_eagle_msk** • 2ч назад • ⬆️ 847
Юрист здесь. Принудительная госпитализация в психиатрический стационар без решения суда возможна только в трёх случаях (ст. 29 Закона о психиатрической помощи): опасность для себя, для окружающих, или неспособность к самообслуживанию. Разговоры с пациентом сюда не попадают. Это незаконное лишение свободы — ст. 127 УК.
Но.
Вы в маленьком городе. Жаловаться некому. Прокуратура, вероятно, пьёт чай с тем же почтмейстером.
Честно? Ваша ситуация — это не юридическая проблема. Это системная. И вы это знали двадцать лет.
> ↳ **u/dr_ragin_1892** • 2ч назад • ⬆️ 312
> Знал. Да. Спасибо за напоминание, очень помогает, когда ты заперт.
> ↳ **u/legal_eagle_msk** • 1ч назад • ⬆️ 156
> Не пытаюсь добить. Просто важно, чтобы вы поняли масштаб. Если выберетесь — начните с прокуратуры области, не города. И журналисты. Свет — лучший дезинфектант.
---
**u/nikita_ne_vinovat** • 2ч назад • ⬆️ 4 • ⬇️ 203
А чо сразу Никита. Я работу работаю. Мне сказали — я стою. Сказали впустить — впустил. Сказали не выпускать — не выпускаю. Я чо, думать должен? Мне за это не платят.
> ↳ **u/burned_out_teacher** • 1ч назад • ⬆️ 589
> «Я просто выполнял приказы» — где-то это уже было, не могу вспомнить где 🤔
> ↳ **u/nikita_ne_vinovat** • 1ч назад • ⬆️ 1
> Не знаю о чём вы. Я неграмотный.
---
**u/psychiatrist_spb** • 2ч назад • ⬆️ 634
Коллега, я работаю в психиатрии пятнадцать лет. То, что вы описываете — стандартная схема.
Шаг 1: человек начинает задавать неудобные вопросы. Шаг 2: окружение решает, что он «странный». Шаг 3: госпитализация.
Вопрос, который вас сейчас мучает — «я правда сошёл с ума?» Нет. Вы просто впервые за двадцать лет начали чувствовать. А это в вашем окружении выглядит как симптом.
Впрочем, вот что меня тревожит. Вы пишете, что годами знали про Никиту и не вмешались. Ваш стоицизм — «страдание неизбежно, зачем бороться» — это не философия. Это была анестезия.
Теперь анестезия кончилась.
> ↳ **u/gromov_ivan_d** • 1ч назад • ⬆️ 445
> ВОТ. ВОТ ЭТО Я ЕМУ И ГОВОРИЛ. Неделями говорил. А он мне про Марка Аврелия. Марк Аврелий, говорю, не лежал на этом матрасе. Марк Аврелий не получал по рёбрам от Никиты в четверг.
> ↳ **u/dr_ragin_1892** • 47мин назад • ⬆️ 201
> Иван Дмитрич, вы тоже тут сидите? В смысле — на реддите?
> ↳ **u/gromov_ivan_d** • 44мин назад • ⬆️ 389
> А что мне ещё делать? Я в палате №6. Вай-фая нет, но Моисейка нашёл роутер под кроватью сторожа. Пароль — «nikita123». Безопасность на уровне, как и всё остальное в этом заведении.
---
**u/hobotov_doctor** • 1ч назад • ⬆️ 2 • ⬇️ 178
Как лечащий врач, должен отметить, что Андрей Ефимыч находится на обследовании ДОБРОВОЛЬНО и в любой момент может... ну, в общем, обследование продолжается.
> ↳ **u/legal_eagle_msk** • 1ч назад • ⬆️ 723
> «В любой момент может» — и вы не закончили предложение. Потому что не может. Мы оба это знаем.
> ↳ **u/gromov_ivan_d** • 52мин назад • ⬆️ 511
> Конечно не будете. Вы двадцать лет ни один разговор не продолжали дольше, чем нужно для карьеры.
---
**u/filosof_divan** • 1ч назад • ⬆️ 298
Стоицизм работает, пока ты на свободе. В клетке он разваливается за сутки.
> ↳ **u/dr_ragin_1892** • 38мин назад • ⬆️ 167
> За четыре часа, если точно.
---
**u/postmaster_city** • 40мин назад • ⬆️ 0 • ⬇️ 89
Всем привет! Андрей Ефимыч — прекрасный человек, думаю, всё образуется! Всем добра! 😊
> ↳ **u/gromov_ivan_d** • 37мин назад • ⬆️ 340
> Вот из-за таких, как вы, мы тут и сидим.
---
**u/mod_legal_advice** • 30мин назад • 📌 Закреплённый
Тред заблокирован. Причина: возможное раскрытие персональных данных, угроза жизни. Если u/dr_ragin_1892 читает — позвоните на горячую линию по правам пациентов... впрочем, вы же написали, что телефон отберут.
Чёрт.
---
**u/dr_ragin_1892** • 12мин назад (последний комментарий)
Никита идёт. Телефон прячу. Громов был прав. Мир делится не на умных и глупых. Он делится на тех, кто по эту сторону двери, и тех, кто по ту. И разница — один подписанный Хоботовым бланк.
---
*⬆️ 4.2k • 💬 847 комментариев • 🏆 Gold x3*
*Флейр: «Обновление: ОП не выходит на связь 6 дней.»*
Интимный момент из русской классики — отрывок о семейных воспоминаниях, где простые слова дедушки хранят в себе всю теплоту прошлого. Узнайте, какую великую пьесу Чехова скрывает этот искренний диалог между поколениями.
Отрывок о мужчине, который впервые в жизни по-настоящему полюбил, когда его волосы уже поседели. Узнайте, из какого произведения эта трогательная история встречи на курорте, перевернувшей две жизни.
Через неделю после похорон доктора Рагина в земскую больницу прибывает молодой врач Сушков — энергичный, с идеями. Он обнаруживает палату №6, заброшенную и гниющую, и решает навести порядок. Но чем глубже он вникает в устройство больницы, тем яснее ощущает: стены давят не снаружи, а изнутри. Никитка по-прежнему сторожит двери. Громов по-прежнему кричит о справедливости. И новый доктор, сам того не замечая, начинает повторять путь предшественника — от возмущения через усталость к тихому безразличию. Только теперь палата получает новый номер.
Реалити-шоу «Талант на озере», сезон 1, эпизод 3. Участник Константин Треплев (25 лет, черная водолазка, нервный взгляд) ставит символистский перформанс прямо у воды — луна, дым, мировая душа. В жюри — его мать, народная артистка Аркадина, и писатель Тригорин. Нина Заречная в белом платье читает монолог про львов и куропаток. Аркадина не выдерживает. Треплев срывается. Столб падает. А Тригорин достает блокнот: «Сюжет для небольшого рассказа...»
Участок 1180 м² (ИЖС) в зоне повышенной комфортности. Газ, электричество, вода, оптоволокно. В комплекте эксклюзивный проект 3-этажной виллы ~200 м² с бассейном, сауной и террасами. До Калининграда 7 км, до моря 20 км. Окружение особняков, первый от асфальта.
Лето 1892 года. Антон Чехов в Мелихово организует санитарные пункты, объезжает 25 деревень, принимает тысячи крестьян во время эпидемии холеры. Параллельно пишет «Палату № 6». Медицина — законная жена, литература — любовница.
В «Вишневом саде» нет злодея. Лопахин не злодей — он просто деловой человек. Раневская не жертва — она просто не умеет жить в настоящем. Чехов показал: самый сильный конфликт — это когда никто не виноват, а все равно все рушится.
Фирса нашли на третий день. Нашел его десятник Петрушка — мужик с красным, обветренным лицом и привычкой чесать затылок левой рукой при всяком затруднении, — когда пришел с артельными снимать ставни с главного дома. Дверь была заколочена, он это знал; но замок не поддавался ломику, и Петрушка послал одного из мужиков за топором, а пока ждал — заглянул в щель между досками и увидел внутри, на диване, что-то темное, неподвижное, похожее на кучу тряпья. «Глянь-ка, — сказал он, — там барахло какое-то забыли. Или собака дохлая.»
Городская больница уездного города N. Главврач Рагин часто заходит в палату для душевнобольных — беседует с пациентом Громовым о смысле страдания, игнорирует служебные обязанности. Зам. главного врача Хоботов строчит доносы в администрацию, департамент здравоохранения запускает проверку, а IT-отдел фиксирует, что доктор залогинился в почту с компьютера в палате №6. Корпоративная переписка, в которой между строк — Чехов, тоска и неизбежность.
Знаменитая фраза, повторяющаяся как мантра мечты. Это стремление целого поколения персонажей к новой жизни, к счастью и надежде. Какая классическая пьеса Чехова начинается именно с этого страстного зова о спасении и переменах в судьбе?
История о встречи на курорте, которая перевернула две жизни. Угадайте рассказ по отрывку о поздней, настоящей любви, пришедшей в неожиданное время.
Продолжение «Дяди Вани» Чехова. Прошел год. Серебряков прислал письмо — просит денег. Войницкий снова считает, Соня снова утешает, Марина снова вяжет. Астров заезжает на минуту — и уезжает, не выпив чаю. Ничего не изменилось. Ничего никогда не изменится. И в этом — вся правда чеховской вселенной.
Врач земской больницы был заперт в психиатрическом отделении своей же больницы коллегами, которые решили, что он нуждается в лечении после того как стал общаться с пациентом палаты №6. Теперь он спрашивает о законности таких действий администрации.
Нечего почитать? Создай свою книгу и почитай её! Как делаю я.
Создать книгу"Пишите с закрытой дверью, переписывайте с открытой." — Стивен Кинг
Загрузка комментариев...