Лента контента

Кооператив у нас называется «Мотор», сто двенадцать гаражей, я тут сторожем с две тысячи пятого. Ночь длинная, особенно осенью, когда темнеет рано. Обхожу территорию с фонарем, собака моя, Дозор, рядом бежит.

В октябре начались странности. У Петровича, гараж номер сорок три, стали пропадать вещи — то канистра, то тряпки промасленные, то вообще банка старой краски. Мелочь вроде, а неприятно. Петрович на меня взъелся: караулишь плохо, говорит, вон уже второй месяц тащат.

Я обиделся, конечно, но виду не подал. Стал ночами караулить именно этот участок, у шестого ряда.

В одну из ночей, часа в три, слышу шорох под воротами Петровича. Свечу фонарем — а там барсук. Настоящий, толстый, деловитый, будто у него там квартира прописана. Он на меня даже не глянул особо, продолжает копать, землю разбрасывает.

Оказалось, барсук этот еще с лета себе нору вырыл под фундаментом гаража — там земля рыхлая была, после ремонта проводки яму не до конца засыпали. И повадился он оттуда вылезать, шариться по округе, тащить все, что плохо лежит, к себе в нору — обустраивался, видать, зверь хозяйственный.

Петровичу рассказал — тот не поверил сначала. Пришлось ему самому ночью прийти, поглядеть. Стоим вдвоем, светим фонарями, а барсук из-под ворот высунулся, поглядел на нас с прищуром — и обратно нырнул, будто говорит: чего пялитесь, я занят.

Петрович хохотал минут десять, аж слезы вытирал. Потом посерьезнел: жалко зверя выгонять, зима на носу. Решили так: яму присыпали чуть-чуть, но нору не тронули, а канистры да банки стали в железный ящик убирать, от греха подальше.

Барсук с тех пор не ворует — да и незачем ему, соблазна нет. Зимой затих, спит, наверное. А весной, как оттает, опять покажется, поглядит на нас своими бусинками-глазами и снова в нору нырнет.

Петрович теперь всем на кооперативе рассказывает: у него, дескать, единственный во всей Тверской области гараж с барсуком-квартирантом в подвале. Гордится даже, честное слово. А я думаю: главное, чтоб машину его барсук не начал считать своей — вот тогда разбираться будем по-настоящему.