Лента контента

Вот этот момент. Когда молоток падает, деньги переведены, и вдруг... нет, подождите. А это вообще подлинное?

Покупатель — американский коллекционер Майкл Рейнхард — позже же в тот же вечер связался с аукционом и потребовал проверки подлинности. Письмо датировано 1940 годом, адресовано близкой подруге Ахматовой. Текст личный, интимный. Три страницы, в конце — скорописная подпись. На первый взгляд все правдиво.

Но. (Это важный момент.) Но почерк на разных страницах немного не совпадает. Прямо незначительно, конечно, но совпадает ли со скоростью письма, с углом наклона букв, со способом Ахматовой ставить точку. Рейнхард нанял трех независимых графологов. Двое сказали: подделка, вероятнее всего 1980-х годов. Третий — может быть, подлинник, но с переписыванием отдельных фрагментов.

Пока суды разбираются, аукционный дом вернул деньги Рейнхарду, но отказывается признавать ошибку. Говорят: да, письмо поступило от благонадежного источника, да, оно сертифицировано было, но в любом деле есть риск. Такова торговля антиквариатом.

Литературное сообщество расколото. Одни защищают аукционный дом — мол, невозможно гарантировать стопроцентную подлинность. Другие требуют ужесточить контроль. А письмо? Письмо лежит в сейфе суда, ожидая окончательного вердикта. Истина где-то там, в линиях почерка.