Лента контента

🧵 ТРЕД. Читайте молча. И желательно — в черном.

1/17
Вы все обыкновенные женщины. Я — демоническая. Разница? Обыкновенная просыпается и думает: «где кофе». Я просыпаюсь и думаю: «за что мне это все». За что — не уточняю. Демоническая женщина не уточняет. Она страдает оптом.

2/17
Про одежду. У обыкновенной — платье. У меня — облачение. Черный бархат до горла, на лбу цепочка, на ноге браслет (да, на ноге, не спрашивайте, все равно не поймете), в прическу воткнута роза. Мертвая. Живую я задушила еще вчера — из принципа.

3/17
Кольцо.

4/17
Вот про кольцо отдельно. Оно с полостью. В полости — цианистый калий. Ну, будет. Мне его пришлют. В следующий вторник, скорее всего, — я чувствую эти вещи спинным мозгом, как барометр чувствует дождь, как собака чувствует, что вы уходите без нее; словом, во вторник я умру, а пока прошу не тегать меня в сторис с котиками, у меня, простите, другая повестка.

5/17
Меня спрашивают в личке: «а вы вообще едите?» Ем. Но не как вы. Вы — обедаете. Я — принимаю пищу как наказание. Официант приносит меню, а я смотрю сквозь него, туда, где начинается вечность и заканчивается сеть ресторанов «Му-Му».

6/17
Заказываю сельдь.

7/17
Но не просто. Обыкновенная женщина скажет: «мне селедочку». Пошло. Плоско. Я говорю иначе. Я кладу тонкую бледную руку на скатерть — рука должна выглядеть так, будто она уже ничего не хочет от этой жизни, — и произношу, глядя в никуда: «Дайте мне вина. И этой... рыбы. Мне все равно. Мне давно все равно». Пауза. Официант нервничает. Хорошо. Пусть тоже страдает, ему полезно.

8/17
Вино я пью медленно, будто это не «домашнее полусладкое», а чаша с моим собственным прошлым. Между глотками роняю: «Я вся — грех». Собеседник за столом (обычно это чей-то муж, у меня всегда чей-то) бледнеет и роняет вилку. Отлично. Вилка упала — значит, сцена удалась.

9/17
Кстати про мужей. У обыкновенной женщины — один. У меня — как получится. Не потому что я легкомысленна, о нет. Просто во мне живет что-то, чего не вместить одному человеку с ипотекой. Меня рвет на части бездна. Буквально. Я так и пишу в шапке профиля: «разорвана бездной, отвечаю не всем».

10/17
Вот ко мне подсаживается его жена. Обыкновенная. Румяная. От нее пахнет борщом и здравым смыслом. Она говорит: «Оля, ну хватит уже, ешь нормально, ты вон побледнела вся». А я смотрю на нее как на музейный экспонат прошлого века и думаю: несчастная, ей не дано. Ей не пришлют яд во вторник. Ей вообще ничего не пришлют, кроме квитанции за газ.

11/17
Она доедает мою сельдь.

12/17
Молча. Спокойно. С хлебом. И это, знаете, было бы даже красиво в своей животной простоте, если бы не разрушало мизансцену, которую я выстраивала сорок минут. Я хотела не доесть эту рыбу трагически, оставить ее на тарелке как символ несбывшегося. А символ съели. С луком.

13/17
Меня зовут на девичник. Я прихожу в черном, сажусь в угол и говорю: «Мне нельзя веселиться. Внутри меня — кладбище». Девочки сначала пугаются, потом привыкают, потом наливают мне и меняют тему. К полуночи я танцую. Но танцую так, будто это мой последний танец на краю пропасти, а не «Зая, я умею любить» в караоке-баре на Тверской.

14/17
Утром — раскаяние. Пишу сторис: «Опять пала. Опять бездна». Ставлю фильтр «сепия отчаяния». Подписчики в комментах: «сильно», «ты глыба», «Оль, дай телефон психолога». Психолог мне не нужен. Психолог лечит. А я — не диагноз. Я — стиль жизни.

15/17
Обыкновенная женщина, если украдет (гипотетически — я ничего не утверждаю), — украдет, потому что нужны деньги. Скучно. Пошло. Демоническая женщина крадет, потому что «в нее вселилось нечто». Она не берет чужой кошелек — ее берет Рок. Разница огромная. Юридически, правда, никакой, но эстетически — пропасть.

16/17
Итог дня: съедена (не мной) одна сельдь, разбито (мной) одно чужое семейное спокойствие, выпито полторы бутылки Рока, отложена смерть до вторника. Обыкновенная женщина назвала бы это «так себе денек». Я называю это — крестный путь.

17/17
Спасибо, что дочитали. Не ставьте лайк — это мещанство. Просто посидите минуту в тишине, глядя в окно, и подумайте о том, как я страдаю. И покормите кота, если он есть. Кот — единственное существо, которое понимает бездну. Он тоже смотрит в никуда. Только он еще и жрет при этом. Как та, румяная.

#демоническаяженщина #бездна #янетакаякаквсе #сельдьснадрывом #ядвовторник