Лента контента

Работаю смотрителем шлюза на Волго-Донском канале, шестнадцать лет уже отпускаю баржи вверх и вниз, будто нянька у большой стальной колыбели.

Приходит как-то баржа "Дон-14", капитан Виталий Палыч — мужик суровый, борода как у деда Мороза, только злой. У него на борту кот жил, Барон, рыжий, наглый, шастал по палубе как хозяин мира.

Шлюзование дело небыстрое. Пока вода поднимается, баржи стоят борт о борт, иногда впритык — сантиметров тридцать между бортами. И вот пока мы воду качали, Барон возьми да перепрыгни на соседнюю лодку — рыбацкую, "Прибой" называлась, местный дед Аркадий на ней подлещика ловил.

Дед Аркадий кота не заметил сразу. Сидел, удочку держал, думал о своем. А кот шмыгнул в рубку, свернулся на телогрейке и заснул — устал, видать, от палубной жизни.

Виталий Палыч хватился минут через двадцать. Орал так, что чайки с берега снялись. "Барон пропал!" Бегал по палубе, заглядывал под тросы, под брезент — нету кота.

А тем временем шлюз открылся, и лодка деда Аркадия своим ходом пошла дальше вниз по каналу — рыбак-то не спешил, у него смена была еще на два часа.

Виталий Палыч меня чуть не придушил через рацию: где, мол, кот, ты за шлюзом смотришь, значит и за котами тоже. Пришлось объяснять — я не Ноев ковчег, я воду качаю.

Нашли кота только к вечеру, когда дед Аркадий пришвартовался на своей стоянке и обнаружил рыжего пассажира спящим в рубке. Позвонил на диспетчерскую канала, а там уже весь день баржа "Дон-14" стояла и ждала новостей.

Кота вернули на следующий день, с оказией — попутным буксиром. Виталий Палыч на радостях деду Аркадию два ведра судака привез. Тот, впрочем, не обиделся на путешествие кота. Говорит: хороший кот, спокойный, всю ночь мышей на лодке не было. Может, оставите насовсем?

Вот с тех пор у нас на канале байка ходит: если кот пропал — ищи не на своей барже, а на соседней. Он там уже мышей ловит и делает вид, что всегда там жил.

А Барон потом еще дважды так "путешествовал". Видать, понравилось. Виталий Палыч теперь его на шлюзовании на цепочку сажает — не насовсем, для порядка. Кот обижается страшно, но терпит. Достоинство, говорит Палыч, дороже свободы. Хотя кот, судя по морде, с этим не согласен.