Лента контента

Всеволод Тарасович пек хлеб в булочной у товарной станции тридцать лет подряд — без выходных, разве что под Новый год позволял себе лишний час сна. Каждую ночь, часа в три, он клал на подоконник со двора свежий батон. Теплый еще, с хрустящей корочкой. К утру тарелка пустела — крошки не оставались. Бродяга, думал он. Может, бывший зэк, может, спившийся сосед — какая разница, лишь бы не с голоду. В декабре простыл, слег на неделю. Батон класть было некому. Через семь дней, вернувшись к печи, он глянул в окно: у подоконника сидела худая рыжая кошка с двумя котятами и жалобно смотрела на пустое место. Всеволод Тарасович улыбнулся и достал из печи еще горячий батон.