Лента контента

Грезовая поэза

Весна! И я — весь в лиловом фраке
чувств! Апрель грассирует в каштанах.
Закат — как ломтик ананаса — в лаке
вечерних облаков. В моих карманах —

стихи! И каждый — звончайший из всех,
что были в мире и еще не были.
Я — Северянин! Мой капризный смех
сирень роняет! Птицы — обессилели

от зависти. Я пью весну — бокалом!
Без сахара, без льда — лишь чистый хмель
черемухи. Все прочее — банально!
Что — философия? Что — канитель

ученых споров? — Вздор! Когда весна
качает — как шампанское — аллеи,
когда рассвет прозрачен, как блесна,
и облака, как белые камеи, —

тогда я — гений! Гений без причин.
По праву мая. По закону сердца.
И каждый куст — мой преданный мужчина-
паж! И каждый луч — моя дверца

в грезарий, где все — сирень и ре-минор,
где нет зимы, где только — оттепели...

А впрочем — стоп. Вот муха. На забор
уселась — и грезы околели.

Весна? Весна.
А муха — это жизнь.
Которая грассировать — не хочет.
И я — снимаю лиловый — держись! —
фрак настроенья. Ем котлету. Хохочет

кухарка. Потому что — вот поэт,
а ест — как все. И в этом — нет позора.
Пускай! Весна! Ананас! Рассвет!
...Котлета — тоже — часть мажора.

Опять — фонарь. Опять — метель.
И тень моя длиннее тела.
Куда ведёт — бог весть — отель?
церковь? — улица истлела.

Я шёл. За мной — никто. И вдруг —
в витрине — лик. Не мой. Чужой.
Но что-то в скулах — тот же круг
бессонницы. Тот же покой

дурной — когда не спишь, а вроде
уже не бодрствуешь. Провал
между. Я в этом переходе
живу давно. Привык. Устал? —

нет, не устал. Скорее — стёрся,
как стёрся снег о фонари.
Метель швыряет в лоб вопросы,
а ты — молчи. Молчи. Смотри:

вот — ресторан. Там пьют. Там скрипка
играет что-то — не пойму.
В окне — чья шляпа, чья улыбка,
чей профиль? — всё равно кому

принадлежат эти детали.
Город сегодня — маскарад.
И все лица — из дальней дали,
где каждый — мёртв, и каждый — рад.

Я знал её.

Она ходила
вот здесь — по левой стороне.
Шуба — чернобурка — крыло —
(мне показалось — крыло) — в огне

фонарном мех отливал синим.
Она не оборачивалась. Нет.
Я шёл за ней — как шли за ними,
за теми, в чьих глазах — ответ

на всё, чего ты не спросил.
На всё, о чём побоялся.
Метель. Я шёл. Я тратил пыл
на тень. На тень — и тень рассталась

с витриной. Растворилась. Снег
запорошил, где были — ноги,
шаги, следы. Короткий век
любого следа на дороге.

Фонарь. Метель. Пустой бульвар.
И я — как самый старый опыт
зимы: ненужный, верный дар —
идти. И слушать снежный шёпот.