Лента контента

Сторож Тимофей Кузьмич посадил первый саженец в семьдесят девятом — для младенца, о котором не знал ничего, кроме веса и часа рождения. С тех пор каждому свой. Дуб, клен, береза — смотря что прижилось на складе. Не все деревья выжили. Одни высохли, другие сломало грозой, третьи спилили под новую парковку — жизнь такая, ничего не поделаешь. Аллея вытянулась на четыреста метров. Сорок шесть лет, амбарная книга с номерами, исписанная химическим карандашом до дыр. Медсестра Аня родила в этом самом роддоме на прошлой неделе. Попросила посадить дерево для дочки — традиция, слышала от старших. Тимофей Кузьмич полистал книгу, нашел номер, кивнул на клочок земли под старым дубом. "Сажайте здесь. Дуб этот — ваш. Семьдесят девятый год, вес три двести."