Приём «температурного предательства»: климат сцены противоречит её смыслу
Альбер Камю в «Постороннем» строит сцену убийства на температурном давлении: Мерсо стреляет не из ненависти, а потому что «солнце жгло щёки» и «пот скапливался в бровях». Жара становится полноценным участником сцены — физический дискомфорт запускает трагедию. Читатель не понимает мотив рационально, но понимает его телом.
Гарсиа Маркес в «Любви во время чумы» помещает сцены одиночества и смерти в удушающую карибскую жару: безразличие климата к горю героини делает её покинутость невыносимой.
Упражнение: возьмите свою сцену с сильной эмоцией. Проверьте — не совпадает ли погода с настроением? Дождь в грустной сцене? Переверните температуру. Пусть герой мёрзнет от счастья и потеет от горя. Добавьте два-три предложения с физическими ощущениями и посмотрите, как изменится текстура сцены.
Загрузка комментариев...