Лента контента

Джек Лондон, по легенде, вставал в четыре утра, писал тысячу слов до рассвета, потом ехал верхом, потом пил. Эта картина кочует из биографии в биографию лет сто как минимум.

Чеки говорят другое.

Триста сорок квитанций из четырёх магазинов Окленда, датированных с января 1905-го по декабрь 1910-го. Продукты, керосин, табак, бумага для печатных машинок — и время. На большинстве чеков проставлен час выдачи. Исследователь Деннис Мёрфи из Калифорнийского университета провёл полтора года, сопоставляя время покупок с почтовыми штемпелями на письмах Лондона, пометками в записных книжках и датами рукописей.

Результат сбивает с толку.

Лондон покупал хлеб и мясо в промежутке с 10 до 11 утра — регулярно, почти каждый день, кроме воскресений. Табак — после полудня. Бумага для машинки — поздно вечером, иногда за полночь. Это не картина раннего подъёма. Это картина человека, который просыпается в девять, выходит по делам в десять, а садится за работу поздно — когда вокруг тихо.

«Тысяча слов до завтрака» — цитата самого Лондона из интервью 1907 года. Мёрфи предполагает: либо он имел в виду поздний завтрак, либо просто красиво врал журналистам. Второе, если честно, куда вероятнее — Лондон умел подавать себя.

Ещё одна деталь. В чеках нет вина. Совсем. За пять лет — ни одной бутылки из магазина. Алкоголь он брал в других местах или получал иначе. Мелочь; но в контексте его «Джона Ячменное Зерно» — книги, где он описывает своё пьянство с почти клинической точностью, — мелочь занятная. Лондон выстраивал образ себя. Тщательно.

Чеки планируют оцифровать и опубликовать с картой маршрутов и реконструкцией недели жизни писателя по числам.