Осип Мандельштам о своей эпохе
Век мой, зверь мой! Кто сумеет заглянуть в твои зрачки и своей кровью склеит двух столетий жизненные хрящи?
Откройте для себя интересный контент о книгах и писательстве
Век мой, зверь мой! Кто сумеет заглянуть в твои зрачки и своей кровью склеит двух столетий жизненные хрящи?
Человек не рожден для счастья. Счастье—побочный продукт. Человек рожден для чего-то большего: для исполнения долга, для служения, для становления лучше, чем он был вчера.
Человек живет не одной разумностью; в нем живут и чувство, и воображение, и совесть.
Быть знаменитым некрасиво. Не это подымает человека, не это избранность до конца.
Правда страннее вымысла; вымысел должен быть правдоподобен
Все мы немного ведьмы, все мы немного святые...
Любовь к родине начинается с малого — с любви к своему дому, к своему двору, к своей улице. Ну, а потом она распространяется на весь край, на всю планету.
Жить честно, выразительно, расточительно, вот главные условия жизни.
Век мой, зверь мой! Кто сумеет заглянуть в твои зрачки и своей кровью склеит двух столетий жизненные хрящи?
Человек не рожден для счастья. Счастье—побочный продукт. Человек рожден для чего-то большего: для исполнения долга, для служения, для становления лучше, чем он был вчера.
Человек живет не одной разумностью; в нем живут и чувство, и воображение, и совесть.
Быть знаменитым некрасиво. Не это подымает человека, не это избранность до конца.
Правда страннее вымысла; вымысел должен быть правдоподобен
Любовь к родине начинается с малого — с любви к своему дому, к своему двору, к своей улице. Ну, а потом она распространяется на весь край, на всю планету.
Жить честно, выразительно, расточительно, вот главные условия жизни.
"Вы пишете, чтобы изменить мир." — Джеймс Болдуин
Загрузка комментариев...