Лента контента

Пятнадцать лет. Это столько же, сколько длился труд Толстого над оригиналом, если верить легендам. Немецкий филолог Клаус Бергер запер себя в маленькой квартирке во Франкфурте и начал. Слово за словом. Страница за страницей. Не компьютерные программы. Ручка и бумага. Потом — машинописный текст, через трафарет.

Он не издавал прессу-релизов, не участвовал в конференциях. Работал. Переводил не просто текст, а дух текста, музыку русских предложений, которые нельзя перенести в немецкий механически, как грузы через реку. Вместо архаизмов (которые западные издатели обожают) Бергер использовал современный язык. Но такой современный, который не потеряет возвышенности.

Когда издательство Suhrkamp получило манускрипт в начале 2024 года, главный редактор звонил Бергеру пять раз в день. На обложке должно быть его имя, говорили они. Это великолепно. Это награда за жизнь, потраченную на эту работу. Бергер отказался.

«Я не хочу быть известен, — пишет он издателям. — Я хочу быть прозрачным. Как хороший переводчик должен быть прозрачным. Читатель должен видеть Толстого, а не меня». На немецком издательском мире это упало бомбой. Анонимный перевод? В век личного брендинга? Книга вышла в марте 2025-го с пометкой «Перевод неизвестного немецкого переводчика». Критики сейчас гадают: это подвиг смирения или ее истерика гения?

Португальский переводчик Карлос Фернандес завершил многолетний проект перевода поэмы Николая Гоголя 'Мертвые души' на португальский язык и был удостоен престижной международной премии за достижение. Проект потребовал глубокого изучения русского языка XIX века, культурных контекстов и философских идей автора. Переводчику удалось сохранить комический тон и иронию оригинального текста, одновременно адаптируя его для португальскоязычной аудитории. Новый перевод получил высокие оценки как от португальских, так и от российских литературоведов. Издание представляет собой значительный вклад в межкультурный диалог и открывает творчество Гоголя для новой аудитории.

Иштван Немеш не ищет рекордов. Ему семьдесят восемь лет, живёт он в Будапеште, в квартире, заставленной словарями. Девятый перевод «Войны и мира» на венгерский язык он закончил в январе этого года — и когда пришли журналисты, долго не мог понять, чего они хотят.

— Зачем девять раз? — спросили его.

Он подумал. Потом сказал: «Потому что Толстой каждый раз пишет по-другому».

Это не метафора. Немеш объясняет: когда переводишь один и тот же текст в двадцать лет, в тридцать пять, в пятьдесят и в семьдесят — ты переводишь разные романы. Ты слышишь разные вещи. В двадцать лет слышишь войну. В пятьдесят — семью. В семьдесят — смерть. Толстой всё это положил внутрь. Просто не всё доступно одновременно.

Первый перевод Немеша вышел в 1969 году — он был студентом. Девятый отличается от первого не только лексикой и синтаксисом. В нём другая интонация. Другой темп. Сцены с Наташей стали медленнее. Сцены сражений — короче. Платон Каратаев занял больше страниц, чем раньше.

Венгерские критики пишут о проекте Немеша как о «переводческой автобиографии». Сам он с этим определением не спорит. Только замечает, что ещё не всё понял в тексте.

Намекает на десятый.

Ему семьдесят восемь. Посмотрим.