Лента контента

Одиннадцать дней. Декабрь 1926 года.

Агата Кристи исчезла третьего числа — бросила машину у дороги в Суррее, и всё. Нашлась через одиннадцать дней в отеле в Харрогейте, под чужим именем. Сказала: ничего не помню. Муж — тот самый, который незадолго до этого попросил развода ради другой женщины — выглядел не слишком расстроенным. Пресса требовала объяснений. Объяснений не последовало.

С тех пор версий накопилось примерно столько же, сколько у неё романов.

Амнезия. Нервный срыв. Намеренная инсценировка, чтобы скомпрометировать мужа. Попытка... впрочем, эту версию принято упоминать осторожно. Каждый находил то, что хотел найти.

Письмо обнаружил Томас Харрис — антиквар из Бата, не тот Томас Харрис, который написал «Молчание ягнят». Разбирал доставшийся по наследству архив двоюродной бабки, нашёл конверт с пометкой «сохранить». Внутри — три страницы, датированные 7 декабря 1926 года. Почерк идентифицировала группа графологов из Лондонского университета: с вероятностью 94% письмо написано Кристи.

Содержание? Она описывает гостиничный номер. Прогулки по паркам. Английскую еду — безвкусную, как полагается. И несколько абзацев, которые Харрис цитировать отказывается до официальной публикации. Кое-что он всё же сказал: там есть фраза про «немного стыдный, но необходимый театр».

Театр. Её собственное слово.

Это не доказывает симуляцию амнезии напрямую. Но если учесть, что письмо адресовано близкой подруге, которая, судя по всему, знала, где Кристи находится — картина складывается примерно одна. Биографы, годами защищавшие версию о подлинной потере памяти, сейчас комментируют крайне неохотно.

Полная публикация письма ожидается в HarperCollins в мае.