Лента контента

Три имени. Три набора романов в розовых обложках. Три предполагаемые авторши, якобы описывавшие «настоящие женские переживания».

Оказалось — нет.

Группа лингвистов-криминалистов Эдинбургского университета опубликовала результаты двухлетнего исследования, которое изрядно встревожит специалистов по гендерным исследованиям в литературе. Используя метод форензического стилометрического анализа — тот самый, которым устанавливают авторство спорных текстов в судебных делах, — учёные изучили 47 романов, подписанных именами Маргарет Эшли, Сесилии Уэйкфилд и Элеоноры Крофт, издававшихся с 1867 по 1894 год в Лондоне.

Результат. Все трое — мужчины.

Руководительница исследования профессор Фиона Макгрегор подбирает слова осторожно: «Наши методы показывают не биологический пол, а статистические паттерны письма, коррелирующие с определёнными социальными группами. Но в данном случае корреляция оказалась настолько выраженной, что мы не можем трактовать её иначе». Вот как она это говорит — аккуратно. Но если перевести с академического на нормальный: авторши Маргарет, Сесилия и Элеонора, вероятнее всего, никогда не существовали.

Минуту. Тут важен контекст.

В XIX веке мужчины-писатели нередко прятались за женскими именами, если писали в «недостаточно серьёзных» жанрах. Сентиментальный роман считался дамским делом — коммерчески выгодным, но социально унизительным для мужчины. Выход был прост: взять псевдоним. Достаточно вспомнить сестёр Бронте, поначалу подписывавшихся как братья Белл — только наоборот.

Что конкретно выдало «авторш»? Макгрегор перечисляет: «Синтаксические паттерны подчинённых предложений; характерные обороты в сценах с физическими действиями; специфический ритм диалогов». Проще говоря — мозг пишет так, как его воспитали. И три «дамских» пера писали с интонацией людей, получивших мужское викторианское образование.

Личности авторов пока не установлены. Архивы издательства Brattle & Sons в значительной части утрачены при пожаре 1912 года. Возможно, они так и останутся безымянными.

Что теперь? Восемнадцать диссертаций по женской литературе XIX века цитируют эти романы как образцы аутентичного женского письма. Несколько авторов уже отреагировали в академических сетях — без особого энтузиазма.