Развлекательная лента

Представьте: XI век, где-то на арабском полуострове неизвестный автор (возможно, аль-Маджрити из Кордовы — хотя это спорно) садится и методично записывает 400 страниц. Не поэзию. Не богословие. Инструкции. По вызову демонов, духов планет, по созданию талисманов, по тому, как правильно провести ритуал, чтобы «дух явился и исполнил желаемое». Называется это всё Ghayat al-Hakim — «Цель Мудреца». Европейцы потом переименовали в Picatrix, и под этим именем книга вошла в историю как один из самых влиятельных магических трактатов всех времён.

Не преувеличение. Без пафоса.

Её читали Марсилио Фичино и Корнелий Агриппа. На неё ссылались ренессансные натурфилософы, которые — внимание — считались серьёзными учёными своего времени. Инквизиция «Пикатрикс» запрещала и конфисковывала, но списки всё равно расходились по монастырским библиотекам с пугающей скоростью. Потому что любопытство — штука неистребимая, и это касается всех, включая монахов.

Так что там за рецепты? Давайте по делу.

Первый и самый знаменитый — вызов духа Сатурна. Сатурн в средневековой астрологии отвечал за смерть, тайны, скрытые знания и всё мрачное. Логично, что именно его духи считались наиболее информированными. По «Пикатрикс», вам потребуется: правильный астрологический момент (Сатурн должен быть в благоприятном доме, никаких плохих аспектов — иначе дух придёт злым), специальное курение из чёрных трав, нарды и ладана, одежда чёрного или тёмно-синего цвета, и готовность провести в молчании несколько часов. Дух является, отвечает на вопросы, уходит. Звучит почти как скучный деловой разговор. Почти.

Однако есть нюанс, который авторы трактата деликатно помещают в примечание, но который стоит выделить отдельно: неправильное время — и дух придёт враждебным. Что именно это означает, «Пикатрикс» описывает туманно, но явно неприятно. Что-то про болезни, кошмары и невезение на годы вперёд. Мерзкий холодок под рёбрами от этих описаний — это нормальная реакция, не волнуйтесь.

Второй рецепт — духи Луны, полная противоположность сатурнианским. Лунные духи в «Пикатрикс» отвечают за путешествия, сны, воду и женщин (да, именно так, без комментариев). Вызвать их проще: полнолуние, серебряный или белый цвет одежды, курение из лилий и камфары. Дух является в виде женщины или юноши — тут манускрипт уточняет, что форма зависит от намерений вызывающего. Читаешь — и что-то легонько царапает на черепушке, как муха. Авторы трактата прекрасно понимали, что читатель думает, и не стали это скрывать.

Третий рецепт — самый экзотический, и именно за него «Пикатрикс» получил репутацию действительно тёмной книги. Духи Марса. Война, насилие, металл, огонь. Для их вызова требовалась кровь — не людская, успокойтесь, животная — смешанная с определёнными минералами и сожжённая в точно указанное время. Сам ритуал проводился на открытом воздухе, желательно на возвышении, в красной или бордовой одежде. Марсианские духи, по утверждению трактата, «выполняют желания, связанные с победой в спорах и сражениях». Средневековые военачальники, вероятно, читали именно эту главу с особым интересом.

Но вот что важно понять, читая всё это: «Пикатрикс» — не пособие для психопатов. Это, если угодно, энциклопедия астральной физики XI века. Авторы искренне верили, что планеты излучают определённые «симпатии», что правильно подобранные вещества и действия создают нечто вроде настроенного радиосигнала — и дух-планеты его принимает и откликается. Логика внутренне последовательная. Безумная с нашей точки зрения, но последовательная.

Альфонсо X Кастильский — тот самый, что заказал перевод на испанский в 1256 году — был человеком образованным и прагматичным. Он не верил в демонов в христианском смысле. Он верил в астрологию как науку, а «Пикатрикс» считал продвинутым астрологическим руководством. Корнелий Агриппа в своей «Оккультной философии» (1531) активно цитировал «Пикатрикс», слегка смягчая самые одиозные рецепты. Фичино, переводя Гермеса Трисмегиста во Флоренции XV века, держал «Пикатрикс» под рукой как справочник. Джордано Бруно — да, тот самый, которого сожгли — использовал его концепции в своих трудах по памяти и магии. Так что следующий раз, когда кто-то скажет, что средневековая магия — это просто суеверия неграмотных крестьян, напомните об этом списке.

Современные исследования «Пикатрикс» ведут серьёзные учёные. Дэвид Пингри из Университета Брауна потратил десятилетия на критическое издание латинского текста. Марсель Тёпле исследовал его арабские источники. Книга сейчас доступна в академических переводах — можно купить, можно прочитать. Никаких демонов при этом не появится, обещаю. Зато появится понимание того, как мыслили умнейшие люди доньютоновской эпохи, и это — странным образом — куда интереснее любой мистики.

В груди что-то дёрнулось? Это не демон Сатурна. Это любопытство. Именно оно и двигало авторами «Пикатрикс» одиннадцать веков назад — и двигает нами сейчас, когда мы читаем их инструкции с расстояния тысячи лет. Книга, написанная чтобы управлять миром, в итоге просто зафиксировала, как мир выглядел изнутри одной конкретной головы в одно конкретное время. Это и есть настоящая магия литературы.