Из окна на Литейном

В пустой квартире, где ни лиц, ни лет,
где время цедит свой холодный кофе,
я выхожу к окну. За ним — рассвет
и город, повторенный в каждой строфе.

Здесь все — геометрия: карниз, антенна, крест,
и угол дома, режущий пространство.
Пространство не прощает лишних мест;
оно предпочитает постоянство

отсутствия. Я — то, что вычло вон
из общей суммы улиц и парадных.
И если это, в сущности, и он —
тот самый я, — то в двух, а то и в трех нарядных

версиях себя. Одна глядит в окно.
Другая — курит, третья пишет строчку.
Всем троим, в общем, все равно,
куда впадает Нева, ставя точку

в конце залива. Море — тоже речь,
но без грамматики, без падежей и рода.
И проще, чем себя, чем свет сберечь,
сберечь вот эту серость небосвода,

вот этот угол, форточку, сквозняк,
и чайку, что кричит над мокрой крышей.
Я был. Я есть. Дальнейшее — пустяк,
который вычеркнут, но все же не услышан.