Рейс по тарифу белья

Пятнадцать лет вожу плацкартный вагон Москва – Владивосток. Семь суток дороги, кто не пробовал — не поймет, что это за жизнь на рельсах.

Подошли к Кирову ночью. Слышу — из тамбура доносится странный звук. Не то скрип, не то мяу. Иду проверять.

Стоит парень лет тридцати, здоровенная спортивная сумка на плече, а сумка эта — дышит. Натурально, шевелится сама по себе.

— Открывай, — говорю.

Открыл. А там кот. Рыжий, наглый, усы торчком, будто он тут хозяин, а не пассажир без билета.

Парень мнется: мол, к бабушке в Читу везу, у нее мыши в доме одолели, а провезти легально — документы нужны, прививки, переноска положенная. Времени не было оформлять.

Я вздохнул. Через два часа — Пермь, а там ревизор садится, и не абы какой, а из тех, что под лавками фонариком светит.

Думал недолго. Взял кота, сунул в бельевую тележку — там как раз простыни грязные везли на стирку, места навалом. Сверху прикрыл наволочками. Кот, зараза, даже не пикнул, будто понимал момент.

Ревизор прошел вагон, ничего не заметил. Дотошный был, даже под третьи полки заглядывал. А кот тем временем разлегся в тележке и всю дорогу до Читы там и просидел, вылезал только пожрать да по нужде — благо проводник по расписанию выпускал.

Парень потом вышел, сумку сдал бабушке вместе с котом, а мне почему-то оставил именно сумку. Говорит, на память.

С тех пор, если едем этим составом и кто-то из наших везет кота нелегально, — у нас это называется "рейс по тарифу белья". Проверено годами: ревизоры под простыни не заглядывают. Никогда. Видимо, брезгуют — а зря, между прочим, зря.