Полосатый безбилетник

Проводником я отработала восемнадцать лет, маршрут Москва — Адлер, знаю его наизусть, до последнего столба. Народ разный ездит. Но такое запомнилось на всю жизнь.

Подсаживается на боковушке женщина лет пятидесяти. Большая клетчатая сумка, из тех, что «мечта оккупанта». Билет в порядке, документы тоже. Сажаю, все нормально.

Через час слышу — мяу.

Подхожу. «Что там у вас?» — спрашиваю. Она бледнеет: «Ничего, показалось вам». А из сумки — снова: мяу. Причем таким басом, будто не кот, а тигр недокормленный.

Открывает. Кот. Огромный, рыжий, морда — как у директора рынка. Билета на него, ясное дело, нет, а провоз животных у нас строго по правилам: отдельная плата, ветсправка, вот это все.

Ну я и говорю: до Ростова придется его спрятать понадежнее, потому что через два часа ревизия. Весь вагон, между прочим, уже в курсе — соседи по купе кота гладят, бабушка с четвертой полки колбасу ему скармливает, кто-то шепчет «Барсик, тихо, тихо».

Ревизор заходит. Строгий, из новых, месяц как на линии. Идет по вагону, проверяет билеты, придирается к каждой мелочи. У меня внутри все сжалось — ну, думаю, приплыли.

Доходит до нашей боковушки. А кот — гад же рыжий — вылезает из сумки САМ. Спокойно так, как у себя дома, запрыгивает ревизору на колени и давай мурлыкать. Тот сидит, обалдевший, гладит его машинально минуты три. Потом поднимает глаза и говорит: «У меня дома три таких. Жена гонит четвертого заводить, а я не могу отказать». Достает справку — свою собственную, ветеринарную, на СВОЕГО кота — и просто переписывает ее на нашего Барсика.

Так и доехали до Ростова. Легально, считай. С чужой справкой на чужого кота.

С тех пор говорю новеньким проводникам: если везете зайца — пушистого, а не человеческого — молитесь, чтобы ревизор оказался кошатником.