Обходчик седьмого перегона

Степь нельзя пройти всю. Марат знал это лучше многих: двенадцать лет он ходил свой перегон Турксиба — от разъезда до полустанка, семь километров туда, семь обратно, с фонарем и молотком, простукивая рельсы, что честнее людей. Металл всегда скажет, где трещина. А по ночам, когда над Балхашом вставала холодная луна, вдоль путей появлялся еще один. Тот, кто тоже любил ходить по рельсам. И кого не возил ни один поезд.