Кастинг «Нигилист года»: Базаров вскрывает лягушку прямо на прослушивании

**РЕАЛИТИ-ШОУ «ВЗГЛЯД В БУДУЩЕЕ». ОТКРЫТЫЙ КАСТИНГ. СЪЕМОЧНЫЙ ДЕНЬ 4.**

*Студия. Три кресла для судей, между ними — стол с бутылками воды и одной, зачем-то, орхидеей. Софиты. За кадром гримерша роняет пудреницу; никто не наклоняется поднять.*

---

**ВЕДУЩИЙ** (в камеру, зубы белее простыни): Друзья! У нас сегодня особенный участник. Говорят, он режет лягушек. Наука, прогресс, все как мы любим. Встречаем — Евгений Базаров!

*Дверь. Входит человек. Балахон с кистями — не халат, а именно балахон, — руки красные, бакенбарды песочные. В одной руке чемоданчик. Идет не как на кастинг, а как на работу, которую заранее презирает.*

**БАЗАРОВ**: Здорово. Где тут у вас можно руки помыть? Дорога пыльная.

**АННА ОДИНЦОВА** (судья, продюсер, красива той красотой, от которой в комнате холоднее на два градуса): Мы обычно начинаем с приветствия, а не с гигиены.

**БАЗАРОВ**: Одно другому не мешает. Впрочем, обойдусь.

*Он ставит чемоданчик. Щелк. Внутри — склянки, пинцет, и — да — лягушка. Мертвая. Кто-то из ассистентов за кадром негромко произносит слово, которое вырежут на монтаже.*

---

**ПАВЕЛ ПЕТРОВИЧ** (судья; седина, английский костюм, перстень, лицо человека, который ест устрицы даже мысленно): Позвольте. Что это?

**БАЗАРОВ**: Лягушка.

**ПАВЕЛ ПЕТРОВИЧ**: Я вижу, что лягушка. Я спрашиваю — зачем.

**БАЗАРОВ**: Вскрою. Посмотрю, как устроена. Человек — та же лягушка, только ходит на двух и врет больше. Я вскрою эту — пойму что-нибудь про вас.

*Тишина. Долгая, липкая, из тех, в которых слышно, как гудит софит и как Павел Петрович медленно, очень медленно опускает перстень на стол — будто ставит точку в еще не начатом споре.*

**ВЕДУЩИЙ** (нервно, в камеру): И вот... начинается!

---

**ЗАКУЛИСНОЕ ИНТЕРВЬЮ. БАЗАРОВ.**

*Сидит на табурете, за спиной размытый логотип шоу. Смотрит в объектив прямо, без того подхалимского блеска, который у остальных участников.*

**БАЗАРОВ**: Реалити-шоу. Ну и слово. Люди платят, чтобы смотреть, как другие люди притворяются собой. Я пришел потому, что мне нужны деньги на реактивы и потому что Аркадий канючил. Все. Никакой мечты у меня нет. Мечта — это когда лень работать, а хочется, чтоб дали.

*Пауза. Он вытирает руки о балахон.*

**БАЗАРОВ**: Порядочный химик в двадцать раз полезнее всякого поэта. Запишите. Хотя вы не запишете — вам поэты рейтинг делают.

---

*Возвращаемся в студию. Рядом с Базаровым появился второй участник — молодой, чистенький, в новеньком, будто из магазина не вынимая ценник.*

**АРКАДИЙ**: Здравствуйте! Я Аркадий Кирсанов. Мы с Евгением, ну... вместе. Я, знаете, тоже разделяю идеи. Нигилизм. Это когда ничего не признаешь.

**АННА ОДИНЦОВА**: Совсем ничего?

**АРКАДИЙ**: Совсем! (косится на Базарова, ищет одобрения, как щенок — куска)

**БАЗАРОВ** (не глядя): Он признает. Он мамин чай признает и папину виолончель. Просто стесняется.

*Аркадий краснеет пятнами. На мониторе внизу бежит строка зрительского голосования: «АРКАДИЙ — душка 78%».*

---

**ПАВЕЛ ПЕТРОВИЧ** (складывая пальцы домиком): Молодой человек. Вы отрицаете все. Хорошо. А искусство? Рафаэль? Музыка?

**БАЗАРОВ**: Рафаэль гроша медного не стоит.

*Где-то охнула гримерша. Павел Петрович выпрямился так, будто ему в спину вставили линейку.*

**ПАВЕЛ ПЕТРОВИЧ**: Вы... вы отрицаете поэзию, вы отрицаете принсипы — я произношу через «и», как принято в приличном обществе, — вы отрицаете авторитеты...

**БАЗАРОВ**: И что дальше? Вы сидите тут в перстне и рассуждаете о принципах. А мужику вашему принципы ваши — как седло корове. Он есть хочет. Я — про пользу. Вы — про красоту манжет.

**ПАВЕЛ ПЕТРОВИЧ**: Аристократизм, либерализм, прогресс — это, по-вашему, тоже пустые слова?

**БАЗАРОВ**: Иностранные. И бесполезные. Русскому человеку они даром не нужны.

*Продюсер Одинцова впервые за весь кастинг чуть подается вперед. Не от возмущения — от любопытства. Как заходит в зоопарк смотреть на зверя, которого не то что не гладят — на которого табличка «руками не трогать».*

---

**ЗАКУЛИСНОЕ ИНТЕРВЬЮ. ПАВЕЛ ПЕТРОВИЧ.**

*Идеально сидит. За кадром — запах одеколона почти пробивается сквозь экран.*

**ПАВЕЛ ПЕТРОВИЧ**: Этот... лекарь без пациентов. Этот, простите, волосатый субъект. Он мне противен. Понимаете? В нем нет ни капли уважения — а без уважения к прошлому человек не человек, а инфузория. Я вызвал бы его на дуэль. Да. Здесь, кажется, это называется «баттл».

*Он поправляет манжету. Пауза.*

**ПАВЕЛ ПЕТРОВИЧ** (тише): Хотя, между нами, в нем есть сила. Дурацкая, немытая — но сила. И это бесит больше всего.

---

*Студия. Ведущий, спасая эфир, объявляет творческое задание.*

**ВЕДУЩИЙ**: Итак! Классическое испытание нашего шоу. У вас минута. Расскажите, во что вы верите. Что для вас — святое. Погнали!

*Аркадий вскакивает первым.*

**АРКАДИЙ**: Я верю в дружбу! В природу — она прекрасна, вот закат вчера был... В любовь! В то, что мир можно сделать лучше, если...

**БАЗАРОВ**: Аркадий.

**АРКАДИЙ**: ...если каждый... что?

**БАЗАРОВ**: Не говори красиво.

*Три слова. Аркадий закрывает рот. На мониторе строка вздрагивает: «АРКАДИЙ — душка 78% ↓ 61%».*

---

*Теперь очередь Базарова. Он не встает. Открывает чемоданчик, достает лягушку, кладет на разделочную дощечку — принес, значит, и дощечку, — берет скальпель.*

**БАЗАРОВ**: Природа не храм, а мастерская. И человек в ней работник.

*Скальпель. Движение — уверенное, будничное, как хозяйка чистит рыбу к ужину. Одинцова смотрит не отрываясь. Павел Петрович отворачивается, но краем глаза — тоже смотрит.*

**БАЗАРОВ**: Вот. Видите? Устройство. Ни души тут нет, ни высоких материй — жилы, кровь, механика. То же самое под фраком у вас, Павел Петрович. Разница в том, что я это признаю, а вы — драпируетесь.

**ОДИНЦОВА**: А любовь? Ее вы тоже вскроете скальпелем?

*Впервые Базаров задерживает на ком-то взгляд дольше секунды. Что-то в лице у него — не дрогнуло, нет, — сместилось. Как половица, на которую наступили ночью.*

**БАЗАРОВ**: Любовь — это... физиология. Ерунда. Романтизм, гниль, искусство.

**ОДИНЦОВА** (очень спокойно): Вы покраснели.

**БАЗАРОВ**: Это от софитов.

*Не от софитов.*

---

**ЗАКУЛИСНОЕ ИНТЕРВЬЮ. АННА ОДИНЦОВА.**

**ОДИНЦОВА**: Мужчина, который отрицает чувства, — это, как правило, мужчина, у которого их слишком много и он не знает, куда девать. Скучно с теми, кто во все верит. А этот... этот сам себе не верит. И оттого интересен. Как эксперимент. (пауза, почти улыбка) Хотя замуж я за эксперименты не выхожу. У меня свое имение и свой распорядок. И покой я не отдам ни за какие бакенбарды.

---

*Финал прослушивания. Судьи совещаются.*

**ВЕДУЩИЙ**: Ну что, коллеги! Ставим оценки. По десятибалльной. Павел Петрович?

**ПАВЕЛ ПЕТРОВИЧ**: За манеры — ноль. За убеждения — минус, если б у меня был минус. За то, что он, черт возьми, не боится... (долгая пауза, перстень стучит по столу) ...семь. Ставлю семь. И презираю себя за это.

**ОДИНЦОВА**: Восемь. Он настоящий. Редкость на этом кастинге, где все репетируют искренность перед зеркалом.

**ВЕДУЩИЙ**: А я, а я... девять! Вы, Евгений, — телевидение! Конфликт, драма, лягушка! Зритель это обожает!

**БАЗАРОВ**: Зритель — дурак. Но деньги его не пахнут. Прохожу?

**ВЕДУЩИЙ**: Прохо́дите!!!

*Аркадий бросается обнимать. Базаров стоит, как столб, руки по швам, терпит.*

**БАЗАРОВ** (в камеру, последнее): Пройду, отсниму сезон, куплю микроскоп получше. А ваше будущее, в которое вы тут все всматриваетесь под софитами, — я вам так скажу. Умру я — и лопух на мне вырастет. Вот и все будущее. Ну, где руки помыть?

*Он уходит. Дощечка с лягушкой остается на судейском столе. Никто не решается ее тронуть. Орхидея, кажется, чуть завяла.*

**СТРОКА ГОЛОСОВАНИЯ**: «БАЗАРОВ — страшный, но правый — 91%».

*Затемнение.*