Стены парижского кафе скрывали роман Дюма — 170 лет прямо за обоями

Аргентинская писательница Камила Ибаньес выпустила роман с 50 пустыми страницами в конце, предложив читателям дописать финал. За год прислали 19 000 концовок — три оказались лучше авторской.

Часовой мастер из Люцерна потратил 33 года, гравируя полный текст «Божественной комедии» Данте на шестерёнках. Когда часы идут, текст можно прочесть через лупу — одну терцину в минуту.

В каталоге библиотеки Хельсинки обнаружена книга, числившаяся «на руках» с 1976 года. Расследование показало: книги никогда не существовало. Её создал библиотекарь-экспериментатор, изучавший парадоксы бюрократии.

— Сколько вы берёте за перевод романа? — Зависит от языка. — С французского. — 200 тысяч. — А с русского на русский? — ??? — Ну, у меня роман написан. Жена читала — не поняла. Мама читала — не поняла. Редактор позвонил, плакал.

Двести четырнадцать лет назад родился человек, который сделал бедность модной. Нет, серьёзно — до Диккенса никому и в голову не приходило, что о грязных сиротах и долговых тюрьмах можно писать так, чтобы вся Англия рыдала над утренней газетой. Чарльз Диккенс — писатель, превративший личные травмы в национальное достояние, а социальную критику — в бестселлер. И если вы думаете, что знаете о нём всё, потому что читали «Оливера Твиста» в школе, — приготовьтесь удивляться.

Писательский блок — это не миф и не лень. Это реальное состояние, с которым сталкивается почти каждый автор: от начинающего блогера до лауреата литературных премий. Вы садитесь за стол, открываете документ, и... ничего. Курсор мигает на пустой странице, а в голове — звенящая тишина. Раньше единственным рецептом было «просто пиши», но сегодня у авторов появился мощный союзник — искусственный интеллект. И нет, речь не о том, чтобы AI написал книгу за вас. Речь о том, чтобы он помог вам снова услышать собственный голос.