Пицца, за которую крестятся

Уехал в Неаполь семь лет назад, устроился поваром в пиццерию на via dei Tribunali — узкая улочка, туристов больше, чем local, но пицца, скажу я вам, там настоящая, дровяная печь под четыреста пятьдесят градусов.

Хозяин, синьор Дженнаро, человек громкий, руками машет так, что того гляди тесто с потолка отскребать придется. Учил меня месяца три, прежде чем к печи подпустил.

Как-то заходит компания туристов — американцы, судя по кроссовкам и голосу. Один заказывает пиццу маргарита без сыра, без томата, зато с добавкой ананаса и, внимание, кетчупа сверху.

Дженнаро, услышав перевод, встал как вкопанный. Молчал секунд десять — для итальянца это вечность, у них счет молчания на секунды не ведется вообще. Потом выдал тираду на неаполитанском диалекте, из которой я разобрал только слово "vergogna" — позор, стыд, если по-нашему.

Я думал, выгонит клиента взашей. А он вдруг успокоился, кивнул мне: делай.

Сделал. Ананас, кетчуп, все как заказано. Турист счастлив, фоткает, выкладывает куда-то, чаевые оставил щедрые — процентов двадцать, не меньше.

А через неделю гляжу — в меню появился новый пункт, мелким шрифтом, в самом низу: "Pizza Americana — по специальному запросу, приготовление не гарантируется, ответственность повара снимается".

Спрашиваю Дженнаро, зачем добавил, раз позор такой. А он смеется, хлопает по плечу: "Стыд — стыдом, а деньги — деньгами, за такую пиццу они втрое переплачивают, лишь бы кетчуп настоящий неаполитанский был".

С тех пор эту пиццу заказывают минимум раз в неделю, всегда туристы, всегда с фотоаппаратом наготове. А местные, завидев на кухне ананас, до сих пор крестятся — на всякий случай, мало ли.