Найдены письма Станислава Лема — он 25 лет ругал немецкого переводчика в каждом письме

Письма лежали запечатанные пятьдесят лет. Архивариусы вскрыли конверты — выпал каскад возмущения, разочарования, саркастических замечаний. Станислав Лем, величайший фантаст XX века, оказался не слишком деликатным корреспондентом.

'Вы превратили мой диалог в монолог вашего невежества,' — писал он в 1976 году. Дальше — удар за ударом. Лем указывал на конкретные слова, которые переводчик выбирал неправильно. Не просто неправильно. Катастрофически.

Удивляет вот что: немец продолжал переводить. Продолжал получать эти письма, издевательские, требовательные, полные претензий — и молчал. В одном из последних писем Лем пишет: 'Сэр, я начинаю подозревать, что вы не просто не понимаете немецкий. Вы не понимаете языка вообще. Ни одного. Даже своего собственного.'

Письма эти никогда не публиковались. До вчера.

Что это меняет? Все. Потому что один из величайших умов литературы боролся не за признание — он боролся за то, чтобы его слова дошли до читателя неискаженными. И был готов быть жестоким, готов унижать, готов писать письма, которые точно не понравятся истории. Это не отстраненность гения. Это отчаяние человека, который видит, как его произведение умирает в чужих руках.