93 года Кормаку Маккарти: почему этот затворник ненавидел кавычки и придумал самого страшного злодея Америки

Сегодня — 93 года со дня рождения Кормака Маккарти. Человека, которого вы наверняка знаете даже если никогда не открывали ни одной его книги. "Старикам тут не место" смотрели все. А вот кто читал первоисточник — уже не все.

Начнём с имени. Родился он Чарльзом. Чарльз Маккарти-младший, город Провиденс, 1933 год. Скучно же. Поэтому в двадцать с чем-то он взял себе имя Кормак — гэльский вариант Чарльза, отсылка к ирландскому королю. Мелочь, казалось бы. Но в этом жесте — весь будущий Маккарти: человек, который переписывал даже собственную биографию под свои литературные стандарты.

Бедность. Вот что нужно знать про первые двадцать лет его писательской карьеры. Никаких грантов и модных курсов creative writing. Он мыл полы в мотелях. Жил в сарае без электричества в Теннесси, потому что не мог платить за жильё с водопроводом. Жена — художница Энн Делайл — вспоминала, как они питались собачьим кормом, потому что денег на нормальную еду не хватало. Серьёзно. Собачий корм. И при этом человек писал по восемь часов в день, не отвлекаясь на такую ерунду, как признание.

Признание пришло поздно и странно.

В 1985 году выходит "Кровавый меридиан" — роман о банде охотников за скальпами на американо-мексиканской границе в 1850-х. Книгу встретили тишиной. Продажи — почти нулевые. Критик Гарольд Блум признавался, что бросал читать её дважды: настолько тяжело давалось насилие на этих страницах, тошнотворное, избыточное, снятое будто без единой моральной оценки автора. А потом Блум взялся за неё в третий раз — и объявил величайшим американским романом после Фолкнера. Вот так репутация переворачивается за одно перечитывание.

Главный кошмар этой книги — судья Холден. Лысый, огромный, эрудированный убийца, который между расправами читает лекции о геологии, войне и природе бога. Его прототип — реальный персонаж из мемуаров солдата Сэмюэла Чемберлена, но Маккарти превратил заметку на полях истории в архетип чистого зла, который философствует вслух. Читатели до сих пор спорят: Холден — дьявол? Бог войны? Или просто человек, доведённый логикой насилия до предела? Однозначного ответа автор так и не дал. Он вообще не любил объяснять свои книги.

Интервью он давал раз в десятилетие, будто по расписанию затмений.

И вот парадокс: самый закрытый писатель Америки согласился на интервью Опре Уинфри в 2007 году — ради книги "Дорога". Про отца и сына, бредущих через выжженный постапокалиптический пейзаж. Книгу он посвятил собственному маленькому сыну Джону Фрэнсису, и, по слухам, диалоги отца с ребёнком в романе — почти дословные записи их разговоров. За "Дорогу" Маккарти получил Пулитцеровскую премию в 2007-м. Тираж взлетел мгновенно, попадание в клуб Опры сделало из культового автора автора массового.

А до этого, в 2005-м, вышел "Старикам тут не место" — про наркоторговлю, шерифа на пенсии и убийцу Антона Чигура с пневматическим пистолетом для скота вместо оружия. Братья Коэн экранизировали роман почти дословно, вплоть до реплик, и получили за это четыре Оскара, включая главный. Джавьер Бардем в роли Чигура — вот она, визитная карточка экранизаций Маккарти на десятилетия вперёд.

Теперь про стиль. Тут будет придирка для педантов.

Маккарти принципиально не ставил кавычки в диалогах. Ни разу. Ни в одном романе. Редакторы бились, читатели путались — кто вообще сейчас говорит, персонаж или рассказчик описывает пейзаж? А ему было плевать. Он объяснял это так: "нет причин пачкать страницу странными маленькими значками". Точка. Точка с запятой он тоже недолюбливал, зато любил длинные, накатывающие волнами предложения без единой запятой, будто библейские тексты, перемешанные с вестерном.

Он умер в июне 2023-го в Санта-Фе, в восемьдесят девять. Не от резонансной болезни, не при обстоятельствах, о которых пишут в криминальной хронике — просто старость догнала. Но осталось после него не только шесть с лишним романов. Осталась целая генерация писателей, которые пытаются писать "под Маккарти" и почти всегда проваливаются, потому что копируют пунктуацию, а не бескомпромиссность.

Вот в чём фокус. Дело не в отсутствии кавычек. Дело в том, что этот человек двадцать лет писал в нищете, ни разу не подстроившись под издателя, под тренд, под ожидания читателя. А потом мир сам догнал его тексты. Не наоборот.

Сегодня ему исполнилось бы 93. Читайте "Кровавый меридиан", если готовы к тошноте. Читайте "Дорогу", если готовы плакать. Но не путайте одно с другим — это разные виды боли, и Маккарти умел причинять оба.