Призрак Оперы

Пролог

В КОТОРОМ АВТОР ЭТОГО СТРАННОГО СОЧИНЕНИЯ РАССКАЗЫВАЕТ ЧИТАТЕЛЮ, КАК ОН ОБРЁЛ УВЕРЕННОСТЬ В ТОМ, ЧТО ПРИЗРАК ОПЕРЫ СУЩЕСТВОВАЛ НА САМОМ ДЕЛЕ

Призрак Оперы существовал в действительности. Он вовсе не был, как долго полагали, порождением воображения артистов, суеверием директоров или плодом вздорных и впечатлительных умов юных балетных танцовщиц, их матерей, капельдинерш, гардеробщиц и консьержа. Да, он существовал во плоти и крови, хотя и принимал на себя вид самого настоящего фантома, то есть призрачной тени.

Едва я принялся рыться в архивах Национальной академии музыки, меня тотчас же поразили удивительные совпадения между явлениями, приписываемыми «призраку», и той необычайной, фантастической трагедией, что некогда взволновала высшее общество Парижа; и вскоре у меня зародилась мысль, что эта трагедия вполне может быть объяснена упомянутыми явлениями. События эти отстоят от нас не более чем на тридцать лет; и в наши дни нетрудно было бы отыскать в фойе балета почтеннейших стариков, людей, чьему слову можно было бы безоговорочно доверять, которые вспомнили бы, словно всё это случилось вчера, о таинственных и драматических обстоятельствах, сопровождавших похищение Кристины Даэ, исчезновение виконта де Шаньи и гибель его старшего брата, графа Филиппа, чьё тело было найдено на берегу того озера, что раскинулось в нижних подвалах Оперы со стороны улицы Скриба. Но никому из этих свидетелей до того дня не приходило в голову, что есть какая-либо причина связывать более или менее легендарную фигуру Призрака Оперы с этой страшной историей.

Истина медленно проникала в мой ум, сбитый с толку изысканиями, которые на каждом шагу осложнялись событиями, что на первый взгляд могли показаться сверхъестественными; и не раз я был на волосок от того, чтобы бросить труд, в котором я изнурял себя безнадёжной погоней за пустым видением. Наконец я получил доказательство, что предчувствия меня не обманули, и был вознаграждён за все свои усилия в тот день, когда обрёл уверенность, что Призрак Оперы был не просто тенью.

В тот день я провёл долгие часы над «Воспоминаниями директора», лёгким и легкомысленным сочинением чрезмерно скептичного Моншармена, который за время своего пребывания в Опере ничего не понял в загадочном поведении призрака и который вовсю потешался над ним в тот самый миг, когда сделался первой жертвой той любопытной финансовой махинации, что творилась...