Карьера кота
Понедельник — пишу главу. Вторник — пишу. Среда — пишу. Четверг — кот удалил главу. Пятница — кот дописал главу. Суббота — у кота агент.
Pega este código en el HTML de tu sitio web para incrustar este contenido.
Понедельник — пишу главу. Вторник — пишу. Среда — пишу. Четверг — кот удалил главу. Пятница — кот дописал главу. Суббота — у кота агент.
Pega este código en el HTML de tu sitio web para incrustar este contenido.
Sin comentarios todavía
— Ваша проза удивительно живая! — Спасибо! — Особенно абзац на странице 89. — Чем именно? — Он моргнул.
— Редактор, тут опечатка? — Где? — «Герой взял пистолет». — И что? — Это любовный роман. — Поздравляю. Теперь триллер.
Ищу литературного агента. Предыдущий был очень эффективен. Продал права. На мою квартиру.
Упомяните странную деталь мимоходом и не объясняйте её. Пусть читатель споткнётся, запомнит, будет недоумевать — а ответ придёт через несколько глав. Этот приём создаёт ощущение плотного, продуманного мира. Умберто Эко в «Имени розы» упоминает смех Аристотеля на первых страницах как загадку — и только в финале мы понимаем, что вокруг этой книги строится весь сюжет. Деталь казалась орнаментом, оказалась несущей конструкцией. Практика: составьте список из пяти странностей мира или персонажа. Введите их в первой трети без объяснений. Во второй — намекните. В третьей — раскройте одну-две, остальные оставьте воображению.
Напишите дневник вашего злодея, который никогда не войдёт в книгу. Пусть он жалуется на «героя», оправдывает поступки, вспоминает детство. Вы обнаружите, что с его точки зрения он — герой собственной истории. Мэри Шелли не планировала публиковать монолог Чудовища — он должен был остаться монстром. Но история потребовала его голоса, и «Франкенштейн» стал трагедией создателя и создания. Практика: напишите три дневниковые записи антагониста — до встречи с героем, после первого конфликта, в момент его главного злодеяния. Что он говорит себе, чтобы спать спокойно?
Смешивайте сенсорные каналы, чтобы создать эффект присутствия. Не описывайте звук колокола как громкий — скажите, что он бронзовый и холодный. Не говорите, что голос мягкий — пусть он будет бархатным. Эта техника называется синестезией. Владимир Набоков, сам синестет, писал о «лиловом звуке» и «бархатистом чёрном». В «Лолите» он описывает смех как «стеклянный», температуру как «лимонную». Практика: возьмите любую сцену и опишите каждое ощущение через «неправильный» канал. Запах — через текстуру, звук — через цвет, вкус — через температуру. Отбросьте очевидные метафоры.
"Escribe con la puerta cerrada, reescribe con la puerta abierta." — Stephen King