Старые фотографии (Сороковые — продолжение)

Creative Poetry Continuation

This is an artistic fantasy inspired by the poem «Сороковые» by Давид Самойлов. How might the verse have sounded if the poet had continued their thought?

Original excerpt

Сороковые, роковые,
Военные и фронтовые,
Где извещенья похоронные
И перестуки эшелонные.

Гудят накатанные рельсы.
Просторно. Холодно. Высоко.
И погорельцы, погорельцы
Кочуют с запада к востоку...

— Давид Самойлов, «Сороковые»

Continuation

Старые фотографии
(Сороковые — продолжение)

Перебираю снимки. Сорок первый.
Мы молодые — страшно, до чего.
Серёжка Львов — вихрастый, длинный, первый
Из нас, кто не вернулся. Ничего

Не говорит лицо его: ни страха,
Ни предчувствия — просто парень, двадцать лет.
На нём рубаха. Белая рубаха.
И тень от яблони. И мягкий — мирный — свет.

А вот — Москва, тридцать девятый, осень.
Мы у фонтана. Кто-то корчит рожу.
Нас было — семеро. Вернулось — двое.
Что я считаю, Господи. Итожу.

Вот — Наташа. Нет, Наталья Павловна.
Она потом — хирургом. В Сталинграде.
Руки её — я помню — были плавными,
Как будто созданные не для марли.

А это кто? Не помню. Стёрлось имя.
Осталось только: шапка набекрень,
Улыбка, куртка... Был — как все. Своими
Мы звали их. Потом — пропал. Как тень.

Потом — война. Она на фото — нет, конечно.
Война — не позирует. Не стоит
В обнимку с яблоней. Она — извечна
И не влезает в кадр. Она — болит.

Вот — сорок пятый. Я. В шинели.
Лицо — чужое. Это — я?
Мне двадцать пять, а как будто в теле
Лет семьдесят. Стоит — не моя — ничья

Фигура на фоне какого-то дома.
Дом — целый. Я — целый. Удивительно.
Всё рухнуло. А мы стоим. Знакомо —
вот это чувство? Нет. Оно — единственное.

Я складываю карточки обратно.
Коробка из-под чая — «Три слона».
Там пахнет чем-то — пылью, невозвратно,
И временем. И чуточку — войной.

А за окном — обычный день. Капель.
Март. Воробьи. Трамвай на повороте.
И жизнь, которая — впрочем; ещё не апрель,
Но к тому идёт. Вы — живёте.