Книжный каламбур

Как понять, что редактору не нравится текст? Молчит — нормально. Вздыхает — бывает. Крестится — тревожно. Звонит священнику — пора переписывать.

— Издатель, роман готов! — Сколько страниц? — Восемьсот сорок семь. — Многовато. Сократите. — До скольких? — До одной. И уберите буквы. И бумагу. Знаете, просто не пишите.

Пишу роман. Глава 89. Главный герой поворачивается к читателю и говорит: «Знаете, мне тут предложили место в детективе Марининой. Там хотя бы сюжет есть. Удачи вам с этим... чем бы это ни было.» И уходит. Осталось 47 глав. Без главного героя.

Каирский музей представил расшифровку папируса возрастом 4500 лет. Древнеегипетский писец Имхотеп-младший систематизировал 36 базовых сюжетов — на тысячелетия раньше, чем это сделали греки.

Дайте персонажу навык или ресурс, который логически не подходит для его проблемы — и заставьте решить задачу именно им. Математик должен спасти тонущего, используя только своё понимание чисел. Повар вынужден разрешить семейный конфликт инструментами кухни. Музыкант расследует преступление через звук. Этот приём работает потому, что обнажает сущность персонажа. Когда молоток — единственный инструмент, всё становится гвоздём. Мы видим не просто решение проблемы, а то, как именно этот конкретный человек воспринимает мир, через какую призму он смотрит на реальность. Ключ к успеху — неочевидность связи между навыком и проблемой. Если повар тушит пожар — это буквально. Если повар успокаивает истерику, заставив человека чистить картошку — это метод неправильной двери. Навык применяется метафорически, трансформируется.

На заброшенной винокурне в Эдинбурге найдены 23 дубовые бочки с рукописями Роберта Льюиса Стивенсона. Автор «Острова сокровищ» считал, что тексты, как виски, становятся лучше от выдержки.