Вальс на границе миров

Он появляется на моём балконе каждую полночь.

Элегантный, молчаливый, с глазами, в которых отражаются звёзды. Чёрное пальто, белый шарф, перчатки из тонкой кожи. Каждый раз — одно и то же: он стоит у перил, смотрит на меня сквозь стекло и ждёт.

А потом протягивает руку.

Приглашая на танец.

***

Впервые я увидела его месяц назад, в ночь моего тридцатилетия. Я сидела на кухне, пила вино в одиночестве и думала о том, как нелепо сложилась моя жизнь. Карьера, квартира, независимость — и ни одного человека, кому можно позвонить в три часа ночи.

А потом услышала музыку.

Вальс. Старинный, из тех, что звучали в бальных залах столетие назад. Он доносился с балкона — но откуда? Я живу на восьмом этаже.

Когда я раздвинула шторы, он уже стоял там. Не на балконе — в воздухе. В полуметре от перил, будто гравитация забыла о его существовании.

Я должна была закричать. Позвонить в полицию. Закрыть шторы и никогда больше не открывать.

Вместо этого я открыла дверь.

***

«Кто вы?»

Он не ответил. Просто протянул руку — и музыка стала громче.

«Я не танцую вальс».

Его губы изогнулись в полуулыбке. Первый знак эмоции на этом безупречном лице.

«Со мной научишься».

Его голос был похож на виолончель — низкий, глубокий, бархатный. От него по спине пробежали мурашки.

Я взяла его руку.

***

Мы танцевали в воздухе. Над городом, над огнями, над всем, что я знала. Его рука на моей талии была прохладной, но твёрдой. Его шаги — безупречными. Он вёл меня так, будто мы танцевали вместе всю жизнь.

Когда первый луч солнца коснулся горизонта, он исчез. Просто растворился в рассветном воздухе, оставив меня одну на балконе — с колотящимся сердцем и запахом его духов на моём платье.

На следующую ночь он вернулся.

И на следующую.

И на следующую.

***

Я пыталась узнать о нём больше. Задавала вопросы во время танца — но он отвечал загадками.

«Откуда ты?»

«Оттуда, где музыка никогда не смолкает».

«Как тебя зовут?»

«У меня много имён. Выбери любое».

«Ты... человек?»

Долгая пауза. Его глаза — серебристые, нечеловеческие — встретились с моими.

«Я был им. Когда-то. Очень давно».

***

Моя жизнь начала меняться. Днём я ходила на работу, общалась с коллегами, делала вид, что всё нормально. Но мысли мои были там — в полуночном небе, в его руках, в звуках вальса.

Я похудела. Под глазами появились тени. Подруги спрашивали, не влюбилась ли я.

«Что-то вроде того», — отвечала я.

Они не понимали моей улыбки.

***

На третью неделю он заговорил первым.

«Ты знаешь, что я такое». Не вопрос — утверждение.

Мы танцевали над парком. Внизу шелестели деревья, и где-то вдалеке выла собака.

«Нет. Но мне всё равно».

«Тебе должно быть не всё равно». Он притянул меня ближе, и его губы оказались у моего уха. «Я не безопасен, Маргарита. Я никогда не был безопасен».

Моё имя в его устах звучало как заклинание.

«Тогда зачем приходишь?»

«Потому что не могу остаться в стороне». Его голос дрогнул — впервые. «Потому что сто лет назад я танцевал с женщиной, похожей на тебя. На этом самом месте, когда здесь ещё стоял особняк. И когда она умерла, я поклялся, что найду её снова».

«И нашёл?»

«Нашёл».

***

Он рассказал мне свою историю — урывками, между па вальса, между вдохами и выдохами.

Его звали Дмитрий. В 1912 году он был молодым дирижёром — талантливым, амбициозным, влюблённым. Её звали тоже Маргарита — дочь графа, на чью руку он не мог претендовать. Они встречались тайно. Танцевали в пустых бальных залах. Строили планы на побег.

А потом началась война. Революция. Хаос.

Она погибла. Он — нет. По крайней мере, не полностью.

«Я заключил сделку», — сказал он. «С теми, кто обитает в пространстве между мирами. Они дали мне время. Бесконечное время. Но взамен забрали право на покой».

«И ты ищешь её всё это время?»

«Я нахожу её. Снова и снова. В разных лицах, в разных эпохах». Его рука сжала мою. «Но каждый раз она ускользает. Каждый раз я теряю её на рассвете».

***

Я начала бояться рассветов.

Каждое утро, когда он исчезал, я чувствовала, как часть меня уходит вместе с ним. Каждый день становился серее, длиннее, невыносимее. Я жила от полуночи до полуночи, и всё остальное было лишь ожиданием.

«Это нездорово», — сказала моя сестра, когда заехала в гости. «Ты выглядишь, как привидение».

Я рассмеялась. Если бы она только знала.

***

Вчера он сказал:

«Я могу забрать тебя с собой».

Мы танцевали над крышами, и внизу город сиял миллионом огней.

«Туда, где ты живёшь?»

«Туда, где я существую. Между светом и тьмой. Между жизнью и смертью». Его глаза горели. «Там нет рассветов. Там мы никогда не расстанемся».

«Но я...»

«Ты станешь как я. Не живой и не мёртвой. Вечной».

Мой рот пересох.

«А если я откажусь?»

Он не ответил. Но я увидела ответ в его глазах — столетия одиночества, столетия поисков, столетия потерь.

«Сколько у меня времени на решение?»

«До следующего полнолуния. Три дня».

***

Сейчас я сижу у окна и смотрю на луну. Она почти полная — осталась лишь тонкая полоска тени.

Три дня.

Что я оставлю здесь? Работу, которую терплю? Квартиру, которую снимаю? Друзей, которые не замечают, что я исчезаю?

А что найду там? Вечность в его руках. Танец, который никогда не закончится. Любовь, которая пережила смерть.

Я не знаю, какой выбор правильный.

Но когда я закрываю глаза, я слышу вальс. И чувствую его руку на своей талии. И понимаю: выбор уже сделан.

Он был сделан в ту первую ночь, когда я открыла дверь на балкон.

Когда я впервые взяла его за руку.

Когда позволила себе танцевать на границе миров — и влюбилась в того, кто живёт по ту сторону.