Исландский фермер, который обыграл Хемингуэя и забрал Нобелевку

Двадцать восемь лет назад умер человек, которого в России почти не знают, а зря. Халлдор Лакснесс — исландский писатель, получивший Нобелевскую премию по литературе в 1955 году. Но дело не в премиях. Дело в том, что Лакснесс написал романы, после которых вы никогда не посмотрите на овец, рыбалку и человеческое упрямство прежними глазами.

Он родился в 1902 году на острове, где живёт меньше людей, чем в одном спальном районе Москвы, и превратил этот клочок вулканической земли в целую литературную вселенную. Сегодня, 8 февраля 2026 года, ровно 28 лет со дня его смерти — и это отличный повод поговорить о том, почему его книги бьют больнее, чем большинство модных бестселлеров.

Начнём с главного: «Самостоятельные люди» (Independent People, 1934–1935). Это роман про исландского фермера Бьяртура, который всю жизнь борется за независимость. От помещиков, от погоды, от здравого смысла, от собственной семьи, от вообще всего. Бьяртур — это такой литературный памятник человеческому упрямству, от которого хочется одновременно плакать и орать в подушку. Представьте себе героя, который настолько одержим идеей свободы, что готов уморить голодом собственных детей, лишь бы никому не быть обязанным. Звучит знакомо? Лакснесс написал это почти сто лет назад, а актуальности не убавилось ни на грамм.

И вот что поразительно: Лакснесс не осуждает Бьяртура. Он не делает из него злодея или карикатуру. Он показывает, как благородная идея — личная свобода — может стать тюрьмой, если довести её до абсурда. Это не морализаторство, а хирургия. Лакснесс вскрывает человеческую природу с точностью патологоанатома и нежностью поэта. Редкое сочетание, согласитесь.

«Свет мира» (World Light, 1937–1940) — вещь совершенно другого калибра. Это история поэта Оулавюра, который растёт в нищете, терпит унижения, но видит красоту там, где остальные видят только грязь и камни. Если «Самостоятельные люди» — это роман о человеке, который слишком твёрдый, то «Свет мира» — о человеке, который слишком мягкий. Оулавюр — мечтатель в мире, где мечтателей перемалывают жернова быта. Лакснесс задаёт вопрос, на который до сих пор нет ответа: что ценнее — выжить или сохранить душу? И не надо думать, что это вопрос только для исландских пастухов девятнадцатого века. Загляните в любой офис на планете.

«Рыба умеет петь» (The Fish Can Sing, 1957) — самый лёгкий и, пожалуй, самый хитрый роман Лакснесса. Здесь он с невозмутимым лицом разворачивает историю взросления мальчика в Рейкьявике начала XX века. Вроде бы ничего особенного: дед ловит рыбу, бабушка варит кофе, по городу ходит загадочный певец, которого все считают гением, хотя никто толком не слышал, как он поёт. Но под этой пасторальной поверхностью — бритвенно острая сатира на национальные мифы, культ знаменитостей и привычку людей верить в то, что им удобно. Лакснесс смеётся тихо, но от его смеха становится не по себе.

А теперь — про слона в комнате. Лакснесс был коммунистом. Ну, точнее, он был очень увлечённым человеком, который последовательно перебирал мировоззрения как гардероб: католицизм, социализм, коммунизм, разочарование в коммунизме. Он ездил в Советский Союз в 1930-х, восхищался, потом перестал восхищаться. Он принял Нобелевку и в речи цитировал исландские саги. Он был живым противоречием — и именно поэтому его проза такая честная. Человек, который сам менялся, знал, как это бывает, когда убеждения трещат по швам.

Теперь о наследии. Вот вам факт: в 2005 году журнал Time включил «Самостоятельных людей» в список ста лучших англоязычных романов с 1923 года. Англоязычных! Роман, написанный по-исландски, на языке, который понимают триста тысяч человек. Это как если бы чукотский поэт попал в топ мирового хип-хопа. И это не случайность — переводы Лакснесса на английский действительно блестящие, но главное — сама материя его прозы универсальна.

В чём секрет этой универсальности? Лакснесс пишет о маленьких людях на краю света, но попадает в нерв глобальных проблем. Одержимость независимостью, которая разрушает семьи. Красота, которую невозможно монетизировать. Репутация, построенная на пустоте. Всё это — не исландские проблемы. Это наши проблемы. Ваши и мои. Просто в Исландии они видны чётче, потому что там негде спрятаться: ни за небоскрёбами, ни за толпой, ни за информационным шумом.

Есть ещё одна вещь, которая делает Лакснесса невероятно современным. Он мастер иронии. Не той интернетной иронии, которая прикрывает пустоту, а настоящей, глубинной — когда автор одновременно любит и высмеивает своих героев. Бьяртур смешон и трагичен. Оулавюр наивен и прекрасен. Загадочный певец из «Рыбы» — шарлатан и символ надежды одновременно. Лакснесс никогда не выбирает одну сторону, и это раздражает людей, привыкших к простым ответам. Но жизнь — она не про простые ответы, правда?

Двадцать восемь лет без Лакснесса. За это время мир успел обзавестись смартфонами, социальными сетями, искусственным интеллектом и кризисом внимания. Средний человек читает посты в двести символов и считает, что длинные тексты — это прошлый век. А «Самостоятельные люди» — это шестьсот с лишним страниц про исландского фермера и его овец. И знаете что? Эти шестьсот страниц дадут вам больше понимания о людях, свободе и цене упрямства, чем весь ваш новостной поток за год.

Так что вот вам домашнее задание от покойного исландца: откройте любой его роман. Необязательно все три. Хватит одного. И когда вы дочитаете — а вы дочитаете, потому что Лакснесс умел держать за горло — спросите себя: я Бьяртур или Оулавюр? Борюсь за свободу, которая меня же и убивает, или вижу свет, который никто не замечает? Скорее всего, вы и то и другое. Лакснесс это знал. Поэтому его книги не устаревают — и не устареют, пока люди остаются людьми.