Береза у плетня — стихотворение в стиле Сергея Есенина

За плетнем, где репейник колкий,
где гусиный белеет пух,
старой бабкиной свечкой тонкой
догорает береза вслух.

Догорает — листом, не пламенем,
не свечой, а сквозным огнем,
и стоит она тихим памятником
над покинутым пустырем.

Я пришел. Постоял. Поклонился.
Края шапки коснулся рукой.
Где ты, дед мой, что в ней молился
и пугал воробьев клюкой?

Где ты, бабка, чьи теплые ладони
пахли хлебом, дровами, золой?
Где вы, горницы, окна, иконы,
и под лавкою кот рябой?

*

Никого. Лишь синица свистнула,
да пугливо метнулся плот
облаков — и в пруду расплыснулась
та же осень, что и в тот год,

когда я уезжал — в город каменный,
в шум трамвайный, в чужой ночлег,
оставляя за пыльной заставою
и плетень, и березы снег.

Город выпил меня — до донышка.
Город ввел меня — до угла.
А родная моя сторонушка
без меня — росла, отцвела.

*

Ладно. Сяду на бугорочек.
Достану кисет — да и закурю.
Над пустырем, над цветочком одиноким
выпущу синюю полосу.

Пусть она пойдет — за рекою,
по-над лугом, в туман, в овраг,
к деду — за мокрой травою,
к бабке — на дальний шлях.

Пусть им скажет: жив-здоров, не пьяница,
то есть пьяница, но не злой,
и о вас, родимые, печалится,
и приехал — да опоздал.

*

Эй, береза, моя ты белая,
моя горькая, моя седая,
ты прости — что душа сгорелая,
ты прости — что чужой приехал,

что вернулся — не тем мальчишкою,
не с гармошкою, не с весной,
а с потертой своей котомкою
да с протертой своей строкой.

Я еще постою. Помолчу с тобой.
До заката. До первых звезд.
А потом — попрощаюсь, родимая,
и уйду — на последний поезд.