Снежная маска: Видение на Невском

Снежная маска: Видение на Невском

Опять метель. Опять — она.
В снегах кружится силуэт.
И вся душа озарена
Тем, что уходит в белый свет.

Она плывёт — сквозь фонари,
Сквозь вихри снежной пелены,
Как отблеск тающей зари,
Как эхо северной весны.

Я знаю: это лишь обман,
Игра снежинок и огня,
Но сердце — раненый баян —
Поёт, и мучает меня.

Куда ведёшь, о, снежный дым?
Какую тайну стережёшь?
Ты обещаньем ледяным
Мне душу режешь, словно нож.

Невский молчит. Лишь снег, и мгла,
И чей-то шаг, и тень, и взгляд.
Она прошла. Она была.
Или не шла, но час назад

Я видел: синий плащ скользил
По белизне январских плит,
И ветер голос доносил —
Тот голос, что в душе звенит.

О, Петербург! Твой зимний сон
Опять меня ведёт во тьму,
Где каждый камень — колдовской поклон,
Где всё не то, чем кажется уму.

В твоих проспектах — лабиринт,
В твоих мостах — дорога в ночь.
И синий ангел или финт
Летит, чтоб снова превозмочь

Мою усталость, мой покой,
Моё желанье быть как все.
Она зовёт меня рукой,
Как звёзды — по небесной полосе.

И я иду. И нет дорог.
И только снег летит в лицо.
Но знаю: этот зов — залог
Той встречи, что замкнёт кольцо.

Кольцо метелей, вьюжных дней,
Кольцо тоски и забытья.
Но в центре — образ всё нежней,
Светлее, чем душа моя.

Она уходит. Тает след.
И фонари гасит февраль.
Но в сердце — негасимый свет,
И снежная ночная даль.

Пусть это сон. Пусть это бред.
Пусть Невский спит, укрыт зимой.
Но я несу её портрет —
Невидимый — к себе домой.

И там, у лампы, в тишине,
Когда метель утихнет вдруг,
Я буду видеть: в глубине
Она стоит — мой свет, мой друг.

Мой враг, мой ангел, мой обман,
Моя снежинка, мой огонь.
И снова — ледяной туман,
И снова — тянется ладонь...