Обыск на моём складе: 1190 позиций в наличии, и всем нужен ровно один — которого нет

Обеденный перерыв. Плов остывает в судке, я сижу на ящике с торфом, и телефон вибрирует так, будто у него в кармане припадок. Сорок седьмое сообщение за день. Открываю. «Здравствуйте, а Агератум Голубой шар у вас есть?» Закрываю. Открываю следующее — то же самое, другими словами. И следующее.

Нет.

Его нет с 2019 года. Поставщик снял сорт с производства, я лично звонил на две базы в Ростове и в один питомник под Тулой, мне вежливо, но твёрдо объяснили: всё, финита, ищите замену. Я написал об этом в шапке профиля, приколотил объявление на сайт крупными буквами, продублировал в описании товара жирным красным — и ничего не изменилось, потому что шапку профиля люди читают примерно никогда.

Пролистав каталог из тысячи ста девяноста позиций — от семян тладианты сомнительной всхожести до садовых тачек, способных пережить зомби-апокалипсис, — покупатель почему-то безошибочно упирается взглядом именно в ту единственную карточку, где товара нет. Будто у него встроенный радар на отсутствие.

Это, если разобраться, не совпадение. Старую фотографию агератума я когда-то поставил на аватарку сообщества; её видели все, её лайкали, её пересылали дачники друг другу с подписью «вот такой хочу». Карточка умерла, а слава осталась.

Слава — штука живучая. Товар — нет.

Каждое утро я открываю мессенджер как сапёр открывает ящик с проводами: медленно, с внутренним «ну давай, что там». Instagram, WhatsApp, ВКонтакте, две группы в Telegram и почта — и в каждом канале своя переписка, будто я веду пять разных магазинов одновременно, хотя склад один, и я тоже один, и плов остывает уже безнадёжно.

Отвечать одному и тому же человеку в трёх местах — отдельный вид пытки. В четверг Марина написала в Instagram, в пятницу — на сайте, в субботу позвонила и спросила, почему ей никто не ответил. Я отвечал. Просто в другом окне.

В какой-то момент — кажется, между сорок вторым и сорок третьим «Агератум есть?» — я завёл на витрине сотрудника. Не человека, а именно сотрудника: там их зовут по именам, Анна, Сергей, Соня, и один — Барсик, консультант по всем вопросам, которого бергт, когда бизнес не укладывается в готовую роль вроде салона красеты или автосервиса. Мой не укладывался.

Барсику я скормил прайс, описание сортов и одну важную фразу: «Агератум Голубой шар снят с производства, предлагай Агератум Хоустона как замену». Пять минут — и он уже сидит на сайте, в Telegram, в MAX и в WhatsApp одновременно, с одной общей памятью на все каналы сразу: если Марина написала в четверг в Instagram, а в субботу зашла через сайт, её не переспрашивает заново, кто она и что хотела.

Отвечает он на типовые вопросы и собирает заявки, а сложное передаёт живому человеку — то есть мне, но уже не сорок семь раз в день, а когда действительно требуется решение, а не повтор одного и того же абзаца.

Чего он точно не умеет — определять на глаз, погибла рассада от фитофторы или её просто залили. Тут нужен человек с лупой и опытом, а не разговорчивый бот, и это честно прописано в его правилах: сложные диагнозы — не к нему.

Посмотреть, о чём вообще спрашивает, можно бесплатно — тариф Free для этого и придуман. Дальше, если поток серьёзный, «Стандарт» за 3 990 ₽ в месяц закрывает 2 000 сообщений сразу во всех каналах вместе с WhatsApp, а если точек несколько и у каждой свой ручеёк вопросов — «Профи» за 12 990 ₽. Ссылку я нашёл здесь: https://ассиистент.рф, если у вас тоже завелась карточка-призрак, которую все ищут, а её нет.

Данные Марины, кстати, никуда не улетает в недра языковой модели: телефон и почту хранят отдельно, по 152-ФЗ, на серверах в России. Это тоже приятно, хоть и не так смешно, как агератум.

Агератума по-прежнему нет. Зато теперь про его отсутствие сообщает не я с остывшим пловом, а Барсик — спокойно, в любое время суток, без единого раздражённого смайлика. Плов, признаться, я тоже теперь доедаю тёплым.