Красный приоритет

Дождь в ноябре не идет — он висит. Мелкая водяная взвесь, которая не падает, а просто есть, набивается под капюшон, оседает на экране и размазывается рукавом каждые полминуты, как у дурака.

Гриша Солодов развозил еду по ночному Нижнему восьмой месяц.

Биография простая, на две строчки: политех, бросил на втором курсе, когда стало не до сопромата; бабушка, которая его тянула с горшка; потом бабушки не стало, а долги за квартиру остались. Электровелик в кредит, термосумка размером с холодильник за спиной, приложение «Птица» с зеленой иконкой, которая пищит заказами. Ночная смена платит больше. Ночью город отдает тебе улицы целиком — пустые, умытые, твои.

К трем часам он развез все. Сидел под козырьком закрытой «Пятерочки» в Сормове, грел руки о стакан с кофе — остывшим, впрочем, он и горячим был дрянной, — и ждал, пока телефон решит, что рабочий день кончился.

Телефон решил иначе.

В 03:14 он пискнул. Не так.

Не зеленым. Не оранжевым «горит». Красным — цветом, которого в приложении вообще не было, Гриша точно помнил интерфейс, он на него восемь месяцев пялился. Поверх карты развернулось окно, и оно не было похоже на «Птицу». Оно было похоже на что-то другое. Чужое.

[Внеочередной заказ. Приоритет: КРАСНЫЙ]
[Забрать: Точка 0]
[Доставить до 06:00]
[Награда: +40 опыта. Курьер — Уровень 2]
[Штраф за отмену: −1 воспоминание]

Гриша моргнул. Протер экран. Окно не ушло.

Минус одно воспоминание. Ну да. Шутники в офисе, решил он сперва, кто-то выкатил кривое обновление, а тестить его дали на живых людях. Он ткнул «Отклонить».

Кнопка посерела. Не нажалась.

«Доставить» горело ровно и терпеливо. Ждало.

И был адрес доставки — внизу, мелким шрифтом, от которого у него в груди что-то дернулось, как рыба на крючке.

Сормово. Улица Баррикад, дом 8, квартира 40.

Дом 8 снесли шесть лет назад. На его месте теперь стоянка и шлагбаум. Гриша знал это лучше всех на свете, потому что в квартире сорок он прожил первые девятнадцать лет. С бабушкой.

— Ладно, — сказал он вслух пустой улице. — Посмотрим, что у вас за прикол.

Он нажал «Принять».

[Квест «Должок» активирован]
[Следуйте к Точке 0]

Точка 0 оказалась не рестораном. Навигатор вел его три квартала к старому газетному киоску на трамвайном кольце — заколоченному, Гриша сто раз мимо проезжал. Сейчас в окошке горел теплый желтый свет. За стеклом сидела женщина. Старая, в пуховом платке, лица толком не разглядеть.

Она молча просунула в форточку сверток. Небольшой, теплый, завернутый в вощеную бумагу, перехваченный аптечной резинкой. Сверху — бумажный пакетик, в каких в советских аптеках давали порошки.

— Сколько с меня? — по привычке спросил Гриша.

— Ты не опоздай, — сказала женщина. Голос был не ее. То есть — ее. Бабушкин. Гриша не успел сообразить, откуда он это знает, а окошко уже погасло.

[Груз получен. До адреса: 3,1 км. Осталось: 2 ч 41 мин]

Он поехал.

Сначала все было нормально — мокрый асфальт, рельсы, рыжие фонари, отражения в лужах растянуты и дрожат. А потом, квартал за кварталом, что-то начало меняться. Не резко. Исподволь. Новые дома будто выцветали на обочине зрения, а между ними проступали другие — панельные пятиэтажки шершавого бежевого цвета, с балконами, застекленными кто во что горазд. Вывеска «Суши-маркет» мигнула и стала «Молоко. Соки — воды». Иномарки у бордюров подернулись дымкой и обернулись «Жигулями» да «Москвичами».

Город отматывал себя назад. Как кассету.

Гриша не тормозил. Если тормозить — начнешь думать, а думать нельзя.

Улица Баррикад легла под колесо такой, какой он ее помнил из детства. Тополя — живые, не спиленные. Голубятня во дворе. Качели-«лодочки», с которых он однажды навернулся и рассадил лоб. И дом 8 — стоял. Весь. С горящим окном на пятом этаже, крайнее слева.

Его окно.

[Приближение к адресу. Лифт не работает (не работал никогда). Выберите действие]

Лифт в их подъезде, если честно, не работал с момента постройки. Гриша усмехнулся — Система, зараза, знала детали.

Он подхватил сверток и пошел вверх пешком. Пятый этаж, сто шесть ступенек, он их в детстве считал от скуки. На третьем сбилось дыхание, на четвертом закололо в боку, и была секунда — поставить, передохнуть. Он не поставил. Прижал теплый сверток к груди и полез дальше, через ступеньку.

[Выносливость +1. Решение засчитано: не остановился]

Дверь квартиры сорок. Дерматин, протертый у ручки до картона. Звонок с желтой кнопкой, которую надо вдавить до упора, иначе не сработает.

И Гриша вдруг вспомнил — целиком, до рези — ту ночь.

Ему было девятнадцать. Бабушке стало плохо с сердцем, валидол кончился, и она попросила сбегать в круглосуточную — одну остановку. А он завис. Друзья звали, он уже оделся идти к ним, и подумал: добегу потом, ничего за полчаса не случится. Задержался. На сорок минут всего. Когда вернулся — сверток с лекарством был уже не нужен.

Шесть лет он платил этот должок — тем, что просто не вспоминал. Вычеркнул ночь целиком. Поэтому, значит, минус воспоминание: Система не отнять грозила. Она грозила оставить все как есть. Навсегда забытым.

Он вдавил кнопку до упора.

Дверь открылась сразу, будто за ней стояли и ждали. Бабушка. Платок, теплые руки, запах корвалола и теста.

— Я не опоздал, — сказал Гриша. Голос сел. — Баб Нин. Вот. Держи. Я успел.

Он протянул сверток. Она взяла — не лекарство ей было нужно, он это понял, когда она взяла; ей нужно было, чтоб он пришел. Вощеная бумага, аптечная резинка. Она кивнула, и в глазах у нее стояло то, за чем не бегают в круглосуточную.

[Груз доставлен. 05:52. В срок]
[Квест «Должок» выполнен]
[+40 опыта. Курьер — Уровень 2]
[Воспоминание сохранено]

— Иди, Гришенька, — сказала бабушка. — И это. Шарф надень, простынешь на своем драндулете.

Дверь закрылась. Мягко.

Обратно он спускался, держась за перила, и ступеньки под ним постепенно становились обычным бетоном, а тополя за окнами подъезда — фонарными столбами. К выходу дом 8 снова стал стоянкой со шлагбаумом. На капоте чьей-то машины, свернувшись, спал рыжий кот и один глаз приоткрыл Грише вслед — проверить, свой или чужой.

Свой.

Гриша стоял под висящим дождем и ревел, как не ревел ни на похоронах, ни после. Легко. Насухо вытертый изнутри.

Телефон пискнул последний раз за эту смену.

[Разблокировано: Ночные адреса]
[Теперь вам доступны заказы к тем, кого нет на карте]
[Внимание: каждый красный заказ — чей-то должок. Не всегда ваш]

А под уведомлением уже разворачивалась новая красная плашка. Точка 0. И адрес — незнакомый, в Канавине, дом по улице, которой нет уже лет двадцать.

Гриша вытер лицо рукавом. Посмотрел на светлеющее небо над Окой. Сел на велик.

— Принято, — сказал он. И поехал забирать.