Коза-солистка

Работаю ветеринаром в деревне под Гомелем, восемнадцать лет уже, если не сбился со счету. Практика у меня разъездная — «уазик» да чемоданчик, объезжаю дворов сорок.

Была у бабки Аксиньи коза Марта. Обычная коза, зааненская порода, белая, рогов почти нет — комолая. Ничем не примечательная, кроме одного: как только по телевизору начиналась какая-нибудь оперная передача — а Аксинья любила канал «Культура» — коза начинала подпевать.

Не блеять просто. А именно тянуть, стараясь попасть в тон. Получалось, конечно, ужасно. Но старалась.

Соседи сперва думали — привыкнут. Не привыкли. Особенно доставалось деду Тимофею через забор: у него давление, а тут в семь утра — ария из «Кармен» дуэтом с козой.

Вызвали меня — Марта вроде как охрипла. Приезжаю, слушаю. Горло в порядке, миндалин у коз, положим, нет, но общее состояние — норма. Спрашиваю Аксинью: чем кормите? Она: «Как всех, сено, комбикорм». Смотрю дальше — а коза и правда осипла слегка, перепела, видать.

Тут вламывается Тимофей. Красный, в тапках, без верхней одежды, хотя октябрь на дворе. Кричит: сделайте что-нибудь с этой оперной дивой, я на работу опаздываю, спать не могу.

Я говорю — а что я сделаю. Коза здорова, просто любит музыку. Может, телевизор потише?

Аксинья не согласна. Говорит, Марта — единственная в деревне, кто ее вкус разделяет, дочка в город уехала, муж помер пять лет как, а тут хоть коза душу понимает.

Стояли они втроем во дворе — Тимофей орет, Аксинья руками разводит, коза мекает вопросительно, будто тоже участвует в споре. Я стою с чемоданчиком, чувствую себя лишним на этом... ну, симпозиуме.

Решили компромисс: телевизор Аксинья не выключает, но окна на время оперы закрывает. Тимофей вроде смирился, хотя иногда все равно ворчит.

А через год Марту на местном празднике урожая вывели — «участник культурной программы», так и объявили. Она проблеяла что-то под баян, публика аплодировала. Аксинья светилась, будто дочку на сцену выпустила.

Тимофей, кстати, тоже хлопал. Тише всех, но хлопал.