Джекила и Хайда Стивенсон задумал во сне, а первый черновик, по словам жены, отправил в огонь

Есть книги, про которые говорят «она родилась сама». Про «Странную историю доктора Джекила и мистера Хайда» это, пожалуй, правда. В каком-то смысле.

Роберт Льюис Стивенсон в 1885 году жил с женой Фанни и ее сыном Ллойдом Осборном, а здоровье у него было, мягко говоря, так себе. Туберкулез не давал покоя. По собственным рассказам, сюжет пришел к нему в ночном кошмаре: человек пьет что-то, и из него вылезает кто-то другой. Ну, почти. Стивенсон, кажется, немного приукрашивал свои сны, но история от этого хуже не стала.

Дальше начинается то, что любят пересказывать. Черновик он написал за три дня. Текст вышел мрачный, почти без женских персонажей, и жена сказала, что это скорее аллегория, а не настоящая история. По ее воспоминаниям, Стивенсон бросил рукопись в камин.

Переписывал повесть еще три дня.

Звучит как анекдот, но эта история повторяется в семейных рассказах, так что какая-то ее часть, вероятно, правда.

Повесть вышла в январе 1886 года. Название быстро стало нарицательным: так говорят о человеке с двойным дном, о респектабельном господине, у которого внутри кто-то совсем другой. Слово живет до сих пор.

Почему это важно? Потому что сюжет о раздвоении личности не похож ни на научную фантастику, ни на учебник психологии. Это рассказ про стыд и про то, как уважаемый врач прячет то, что сам давно не контролирует. Стивенсон писал в эпоху, когда лондонские газеты с удовольствием пересказывали подробности преступлений, а улицы кишели слухами (и туманом, куда без него).

Если у вас есть старое издание, перечитайте первую главу. Там почти нет действия, зато много деталей, которые становятся понятны только к концу. Или не становятся. Это уж как получится.