Быть или не быть — но сперва подышим: Гамлет на сеансе у психотерапевта

**РАСШИФРОВКА СЕАНСА. Кабинет №4. Клиент: Гамлет, принц Датский, 30 лет. Терапевт: Марина Аркадьевна.**

*(Клиент вошел в черном. Весь. Носки, кажется, тоже.)*

**М.А.:** Проходите, располагайтесь. Вода, чай? У нас есть ромашковый.

**ГАМЛЕТ:** Быть или не быть.

**М.А.:** Простите?

**ГАМЛЕТ:** Чаю. Быть чаю или не быть. Вот в чем вопрос.

**М.А.:** *(пауза)* Хорошо. Давайте так. Я вижу, вам тяжело. Что привело вас ко мне сегодня?

Он сел. Не сразу — сначала обошел кресло по кругу, будто проверял, не спрятался ли там кто. Потом все-таки сел. Ноги вытянул, скрестил, расцепил. Нервный.

**ГАМЛЕТ:** Умер отец.

**М.А.:** Мои соболезнования. Когда это случилось?

**ГАМЛЕТ:** Два месяца назад. Может, меньше. Похороны были — и вот уже свадьба. С поминок мясо, холодное, на свадебный стол пошло. Экономно, правда? Мать говорит — «нельзя же вечно скорбеть». А я и не вечно. Я всего два месяца. Это что, много?

**М.А.:** Скорбь не измеряется календарем. У каждого свой темп. Расскажите про свадьбу.

**ГАМЛЕТ:** Мать вышла за дядю.

**М.А.:** За брата покойного отца?

**ГАМЛЕТ:** За брата. За родного. Который теперь и король, и отчим, и дядя — три в одном, как шампунь. Удобно. Не надо запоминать много людей.

В груди у него что-то дернулось — я видела, как он сглотнул. Мужчина тридцати лет, принц, а сидит и мнет рукав, как школьник у директора.

**М.А.:** Я слышу очень много боли. И, кажется, злости. Это нормально — злиться на маму.

**ГАМЛЕТ:** Я не злюсь на маму.

**М.А.:** Мгм.

**ГАМЛЕТ:** Я в бешенстве от мамы. Это другое.

**М.А.:** Спасибо, что уточнили границу. Давайте побудем в этом чувстве. Где оно живет в теле?

**ГАМЛЕТ:** *(подумав)* Между ребер. Слева. Такой... мерзкий холодок. Будто туда налили воды из фьорда и забыли слить.

**М.А.:** Прекрасный образ. Оставайтесь с ним. Не прогоняйте.

Тут он замолчал. Надолго. Смотрел в окно — за окном чайки, серое небо, все как он любит. А потом заговорил тихо, почти шепотом, и я поняла, что мы подошли к главному.

**ГАМЛЕТ:** Ко мне приходит отец.

**М.А.:** В воспоминаниях?

**ГАМЛЕТ:** Нет. Ночью. По стене замка. В доспехах. Стоит и смотрит. И говорит, что его отравили. Дядя. Влил яд в ухо, пока тот спал в саду. И теперь я должен отомстить.

Пауза.

Длинная.

**М.А.:** Гамлет. Я хочу очень бережно кое-что проговорить. Утрата близкого иногда дает такие... яркие переживания. Особенно если человек не спит, не ест — а вы, судя по всему, и не спите, и не едите. Это не значит, что вы сумасшедший. Это значит, что психика ищет способ справиться.

**ГАМЛЕТ:** То есть отца нет.

**М.А.:** Я не говорю, что нет. Я говорю: давайте не будем ничего решать в три часа ночи под руководством галлюцина... видения. Мстить — это очень большое действие. Необратимое.

**ГАМЛЕТ:** Вот! Вот именно! Необратимое! Спасибо! Хоть кто-то. Я ровно об этом две тысячи строк толкую всем подряд, а они мне — «ты странный какой-то стал». Странный. Да у меня отца траванули, как крысу, а я, значит, странный.

Он вскочил. Прошелся. Остановился у книжного шкафа, взял с полки череп — у меня там пресс-папье, керамическое, для антуража — и вдруг замер, разглядывая его.

**ГАМЛЕТ:** А это чей?

**М.А.:** Это декоративный. С маркетплейса.

**ГАМЛЕТ:** *(тихо, черепу)* Бедный Йорик... нет? Не он? Ну и ладно. *(поставил обратно, аккуратно, будто извиняясь)*

**М.А.:** Присядьте, пожалуйста. Давайте вернемся в кресло и в тело. Вдох на четыре счета. Задержка. Выдох на шесть. Еще раз.

Он дышал. Честно дышал, старался. Грудь ходуном. Один вдох получился с всхлипом — он этого застыдился, отвернулся, сделал вид, что закашлялся. Мужчины так всегда. Плачут — а называют это аллергией на пыль.

**М.А.:** Хорошо. Теперь скажите мне: чего хотите вы? Не отец. Не дядя. Не долг. Вы.

**ГАМЛЕТ:** Я?

**М.А.:** Вы.

**ГАМЛЕТ:** *(долго молчит)* Я хочу, чтобы все было как раньше. Чтоб отец был живой. Чтоб мать смеялась не за этим столом, а за нашим. Чтоб Офелия... *(осекся)*

**М.А.:** Кто такая Офелия?

**ГАМЛЕТ:** Девушка. Была. Я ей наговорил гадостей. «Иди в монастырь» и все в таком духе. Думал — так безопаснее. Для нее. Я же теперь ходячая катастрофа, зачем ей это. А получилось, что я просто... бросил человека, который меня любил, чтобы никто не подобрался близко. Знаете, как это называется?

**М.А.:** Как?

**ГАМЛЕТ:** Не знаю. Вы психолог, вы скажите. У вас на это наверняка есть слово из трех слогов и латинского корня.

**М.А.:** Есть. Но давайте без ярлыков. Вы оттолкнули ее, чтобы не потерять ее так же, как отца. Чтобы боль была под вашим контролем, а не свалилась сверху. Это не диагноз. Это очень по-человечески.

Он посмотрел на меня. Впервые за сеанс — прямо, без этой своей насмешки, без театра. Просто усталый парень, у которого за месяц рухнул весь мир, а он еще держит лицо перед незнакомой женщиной за пятьсот крон в час.

**ГАМЛЕТ:** И что мне теперь делать?

**М.А.:** Для начала — не мстить сегодня. Договорились? Просто сегодня. Завтра тоже не мстить, но об этом подумаем завтра. Дальше — спать. Есть. Желательно не мясо с поминок. И прийти ко мне в четверг.

**ГАМЛЕТ:** А призрак?

**М.А.:** Если снова придет — не спорьте с ним и не соглашайтесь. Скажите: «Я тебя услышал, папа. Мы это обсудим на терапии». И идите спать.

**ГАМЛЕТ:** *(с сомнением)* Он привык, что я слушаюсь.

**М.А.:** Вот и поставим первую границу. С призраком. Хорошая тренировка, между прочим — если справитесь с ним, с дядей потом на словах разберетесь. Без крайних мер.

Он встал уходить. У двери обернулся.

**ГАМЛЕТ:** Марина Аркадьевна. А если я все-таки... того. Не сдержусь.

**М.А.:** Тогда в пьесе в конце умрут восемь человек, и это будет очень грустная история. А если сдержитесь — будет просто грустный молодой человек, который постепенно приходит в себя. Мне вторая версия нравится больше.

**ГАМЛЕТ:** *(в дверях, себе под нос)* Быть...

**М.А.:** Быть. Однозначно быть. До четверга.

*(Клиент ушел. Не пришел в четверг. Позже стало известно — восемь человек. Как я и говорила. Направление на семейную терапию, к сожалению, опоздало.)*

**ЗАМЕТКА ТЕРАПЕВТА ДЛЯ КАРТЫ:** Осложненное горе. Выраженная руминация. Семейная система — катастрофа: убийство, тотальное отсутствие взрослых, способных вместить чувства мальчика. Рекомендована длительная работа. Прогноз... *(зачеркнуто)* Будем надеяться на лучшее.