Аксаков продал собственное детство — как русский писатель заработал на автобиографии

Раньше считали, что классики писали из чистого вдохновения. Верно?

Неверно. Они писали из денег. Из расчетов. Из нужды.

Сергей Тимофеевич Аксаков, автор прославленной «Семейной хроники» — той самой, что стала образцом русской прозы, — в письмах к издателям был совсем не романтичен. Он считал. Складывал. Торговался.

Вот письмо редактору журнала в 1851 году (архив сохранил оригинал). Аксаков пишет: моя рукопись первых пяти глав. За публикацию в журнале прошу триста рублей серебром. Если выпустите отдельной книгой — добавим двести. Если переиздание — еще сто.

Это смешно, если не грустно. Писатель буквально разбирает свою биографию по ценам. Детство — триста. Юность — двести. Зрелость — сто. Как на вес.

А может быть, справедливо? Он же правда продает свои воспоминания. Свою боль. Свои ночи, когда вспоминал отца, мать, мир, который умер. И требовал за это денег. Честно требовал.

Впрочем, издатели часто не соглашались. Писали: Аксаков, вы требуете как английский романист. Мы не Лондон, мы Москва. Вот дешевле — и согласны. Он. Приходилось торговаться.

В одном письме (датировано 1855-м или 1856-м, точно не видно) Аксаков пишет издателю почти обиженно: почему вы платите Тургеневу больше? Его рассказы — это выдумка. Мои — это жизнь. Жизнь дороже, чем фантазия, не так ли?

Тургенев, получав письмо об этом (кто-то передал), только смеялся. «Пусть требует, — сказал он. — Честь ему. Хоть бы кто-нибудь честно считал копейки».

Историки литературы называют это прагматизмом. Романтики называют это падением. На самом деле это просто жизнь. Писатель должен кушать. Семью кормить. Квартиру держать. И неважно, Аксаков ты или Тургенев — деньги нужны всем.