Мертвые души. Том первый
图书预览
作者
Николай Васильевич Гоголь
出版日期
2026年02月24日 11:22
类型
书籍封面
图书总体内容
Коллежский советник Павел Иванович Чичиков — человек средних лет, неопределённой наружности, обходительный и умеющий угодить каждому — въезжает в бричке в губернский город NN. С первых дней он методично наносит визиты всем сановникам: губернатору, вице-губернатору, прокурору, полицеймейстеру, председателю палаты. Повсюду он льстит, очаровывает и ни словом не раскрывает подлинной цели своего приезда. Вечеринки, обеды и карточные партии распахивают перед ним двери лучших домов города. Однако вскоре Чичиков отправляется за город — к помещикам. Его истинный замысел постепенно открывается читателю: он скупает «мёртвые души» — крестьян, умерших после последней ревизии, но ещё числящихся в списках и облагаемых подушной податью. Заложив эти фиктивные «души» в опекунский совет, можно получить крупную сумму под залог. Первая остановка — имение Манилова, мечтательного и совершенно бесхарактерного помещика, который живёт в мире беспочвенных прожектов и сентиментальных грёз. Тронутый «дружбой», Манилов отдаёт своих мёртвых крестьян бесплатно. Сбившись с пути в грозовую ночь, Чичиков оказывается у Коробочки — вдовы-помещицы, мелочной и недоверчивой; она долго торгуется, боясь продешевить, и в итоге сдаётся лишь из страха перед чертями. На постоялом дворе Чичиков случайно встречает Ноздрёва — неугомонного враля, картёжника и буяна, — который тащит его к себе, требует сыграть на мёртвые души в шашки и едва не губит всю афёру: лишь появление капитан-исправника спасает героя. Далее — Собакевич, медвежеподобный хозяин-практик с каменной хваткой: он расхваливает каждого мёртвого мужика, как отменный товар, и ломит цену по два с полтины за душу. Последним в этой галерее стоит Плюшкин — некогда зажиточный хозяин, превратившийся в патологического скупца: одетый в лохмотья, живущий среди гор хлама, он владеет более чем тысячью душ, но давно утратил всякое человеческое обличье. Вернувшись в город с грудой купчих, Чичиков оформляет сделки в гражданской палате при горячем участии знакомых чиновников. Слух о том, что новый приезжий «накупил столько душ», будоражит городское общество: дамы прочат ему невест, мужчины ему завидуют. Но тень Ноздрёва уже нависает над шатким замком авантюры. Поэма Гоголя — грандиозное сатирическое полотно России первой половины XIX века. Пять помещиков образуют нисходящую лестницу духовного оскудения: от бесплодной мечтательности через мелочное сребролюбие, разгульное бесстыдство и животную практичность — к полному омертвению души. За комическими масками и бытовыми подробностями звучит авторский голос, скорбящий о живых людях, превращённых в «мёртвые» единицы реестра, и задающий тревожный вопрос: где граница между живой и мёртвой душой — в крепостном списке или в самом человеке?
目录
书籍摘录
Глава I
В ворота гостиницы губернского города NN въехала довольно красивая рессорная небольшая бричка, в какой ездят холостяки: отставные подполковники, штабс-капитаны, помещики, имеющие около сотни душ крестьян, словом, все те, которых называют господами средней руки. В бричке сидел господин, не красавец, но и не дурной наружности, ни слишком толст, ни слишком тонок; нельзя сказать, чтобы стар, однако ж и не так, чтобы слишком молод. Въезд его не произвел в городе совершенно никакого шума и не был сопровожден ничем особенным; только два русские мужика, стоявшие у дверей кабака против гостиницы, сделали кое-какие замечания, относившиеся, впрочем, более к экипажу, чем к сидевшему в нем. "Вишь ты", сказал один другому, "вон какое колесо! Что ты думаешь, доедет то колесо, если б случилось в Москву, или не доедет?" -- "Доедет", отвечал другой. "А в Казань-то, я думаю, не доедет?" -- "В Казань не доедет", отвечал другой. -- Этим разговор и кончился. Да еще, когда бричка подъехала к гостинице, встретился молодой человек в белых канифасовых панталонах, весьма узких и коротких, во фраке с покушеньями на моду, из-под которого видна была манишка, застегнутая тульскою булавкою с бронзовым пистолетом. Молодой человек оборотился назад, посмотрел экипаж, придержал рукою картуз, чуть не слетевший от ветра, и пошел своей дорогой.
Когда экипаж въехал на двор, господин был встречен трактирным слугою, или половым, как их называют в русских трактирах, живым и вертлявым до такой степени, что даже нельзя было рассмотреть, какое у него было лицо. Он выбежал проворно с салфеткой в руке, весь длинный и в длинном демикотонном сюртуке со спинкою чуть не на самом затылке, встряхнул волосами и повел проворно господина вверх по всей деревянной галдарее показывать ниспосланный ему богом покой. -- Покой был известного рода; ибо гостиница была тоже известного рода, то-есть именно такая, как бывают гостиницы в губернских городах, где за два рубля в сутки проезжающие получают покойную комнату с тараканами, выглядывающими, как чернослив, из всех углов, и дверью в соседнее помещение, всегда заставленною комодом, где устроивается сосед, молчаливый и спокойный человек, но чрезвычайно любопытный, интересующийся знать о всех подробностях проезжающего. Наружный фасад гостиницы отвечал ее внутренности: она была очень длинна, в два этажа; нижний не был выщекатурен и оставался в темнокрасных...