Январь у окна

Январь. Окно. За стеклами — пустырь,
где свет живет один, без постояльца.
Гляжу в его промерзлую ширь,
как в зеркало глядят, не узнавая пальцев.

Пространство, если вычесть из него
тебя, меня и горстку восклицаний,
не стоит, в общем, ровно ничего —
как сдача с отгремевших обещаний.

Я пью остывший чай. Он тоже был не чай,
а повод удержать тепло в ладонях.
За окнами проходит невзначай
трамвай — консервной банкой на ладонях

у города, который спит стоймя,
уткнувшись лбом в казенный снег окраин.
И время — не часы, а колея,
где мы с тобой когда-то разминались.

Оно течет, как пишут на воде:
без почерка, без адреса, без цели.
И я уже не здесь. И я нигде.
И снег идет. И стрелки онемели.

А где-то юг. И там, наверно, зной,
и кто-то пьет вино, и мир не тесен.
Но мне достался этот шар земной
со стороны, где он всего отвесней.

И если спросят — кем я был, ответь:
ничем. Строкой. Зазором между датами.
Тем, кто умел на свет в окне смотреть
и называть пустое — результатами.