Три коротких

Стук начинался ровно в девять. Три коротких, по батарее, снизу.

Игорь, второй курс, гитара, тонкие стены — сочетание известное. Он решил, что дед из двадцать второй ругается, и назло брал «Группу крови» громче, по второму разу. Три коротких. Он — еще громче. Так, считай, месяц.

Потом стук пропал. Неделя тишины; на восьмой день стало как-то мерзко под ребрами, и Игорь спустился — то ли извиняться, то ли скандалить, сам не знал.

Открыла женщина в пуховике.
— Папа в больнице. Он глухой, понимаете? Совсем. Только низкую струну и чует, через трубу. Три стука — это «еще».

Игорь поднялся, лег на пол и прижал гриф к батарее. Играл до утра, одну басовую. Около четырех снизу пришли три коротких. Дочь, наверное. Он не спускался проверять.