Синклер Льюис: человек, который плюнул в лицо американской мечте и получил за это Нобелевку

Представьте себе парня из захолустного городка в Миннесоте, который вырос, чтобы показать всему миру, какое лицемерие скрывается за фасадом американской респектабельности. Синклер Льюис родился 7 февраля 1885 года — и сегодня ему исполнилось бы 141 год. За это время его романы не утратили ни капли яда.

Он стал первым американцем, получившим Нобелевскую премию по литературе в 1930 году, и единственным, кто публично отказался от Пулитцеровской премии за роман «Эрроусмит». Почему? Потому что считал, что эта премия награждает не лучшие книги, а самые «безопасные». Вот это характер. В эпоху, когда писатели дрались за любое признание, Льюис швырнул престижную награду обратно в лицо литературному истеблишменту.

Детство в городке Сок-Сентр с населением в пару тысяч человек оставило на нём неизгладимый след. Неуклюжий, прыщавый подросток с рыжими волосами и вечным ощущением чужака среди своих. Отец-врач хотел видеть его продолжателем семейного дела, но Синклер сбежал — сначала в Йельский университет, потом в литературу. И всю жизнь он мстил этому маленькому городку, превратив его в символ провинциальной ограниченности.

«Главная улица» 1920 года — это не просто роман, это бомба, которую Льюис бросил в самодовольную Америку. История Кэрол Кенникотт, молодой женщины, задыхающейся в удушливой атмосфере городка Гофер-Прейри, стала зеркалом для миллионов американцев. И им очень не понравилось то, что они там увидели. Книга разошлась тиражом в два миллиона экземпляров, а название вымышленного города стало нарицательным.

Но настоящий шедевр — это «Бэббит» 1922 года. Джордж Бэббит, риэлтор средних лет из среднего города, живущий средней жизнью. Он вступает в нужные клубы, голосует за нужных кандидатов, говорит нужные слова — и при этом абсолютно пуст внутри. Льюис препарировал американского обывателя с хирургической точностью, и слово «бэббит» вошло в английский язык как обозначение самодовольного конформиста. Когда твой персонаж становится словом в словаре — ты явно что-то сделал правильно.

«Эрроусмит» 1925 года показал другую сторону таланта Льюиса. История идеалиста-врача Мартина Эрроусмита, пытающегося заниматься настоящей наукой в мире, где всё продаётся и покупается. Именно за этот роман ему присудили Пулитцеровскую премию — и именно её он отверг. В письме комитету Льюис написал, что премии «делают писателей безопасными, вежливыми и бесплодными». Каково?

Личная жизнь Льюиса была такой же бурной, как и его проза. Два брака, оба неудачных. Первая жена, Грейс Хеггер, терпела его запои и измены, пока не сдалась. Вторая, журналистка Дороти Томпсон, была едва ли не более знаменита, чем он сам — первая американская журналистка, которую выслали из нацистской Германии за критику Гитлера. Их брак был союзом двух эго, и ни одно не хотело уступать.

Алкоголизм преследовал Льюиса всю жизнь. Он мог неделями не просыхать, потом неделями не пить — и писать по двадцать часов в сутки. Его метод работы был маниакальным: сначала он месяцами собирал материал, потом писал как одержимый. Для «Эрроусмита» он провёл год, изучая медицину и бактериологию. Для «Элмера Гантри» — посещал религиозные собрания и изучал проповедников. Результат — книги, от которых пахло настоящей жизнью.

«У нас это невозможно» 1935 года — роман-предупреждение о том, как фашизм может прийти в Америку. Написанный, когда Гитлер уже был у власти, он показывал, что никакая страна не застрахована от диктатуры. Сегодня эту книгу перечитывают каждый раз, когда политическая ситуация накаляется. Льюис оказался пророком, которого никто не хотел слушать.

Шведская академия, присуждая ему Нобелевскую премию, отметила «мощное и выразительное искусство повествования и способность с сатирой и юмором создавать новые типы характеров». Льюис приехал в Стокгольм и произнёс речь, в которой разнёс американскую литературную критику за её трусость и провинциализм. Он назвал Америку «самой противоречивой, самой волнующей и самой достойной изучения из всех стран мира» — и добавил, что американские критики боятся признавать это.

Последние годы были печальны. Творческая сила иссякла, алкоголизм усилился. Льюис скитался по Европе, пытаясь убежать от себя. Он умер в Риме 10 января 1951 года от сердечного приступа, осложнённого многолетним пьянством. Ему было шестьдесят пять лет. Прах писателя вернулся в тот самый Сок-Сентр, который он так безжалостно высмеивал. Ирония, достойная его лучших романов.

Что осталось от Синклера Льюиса сегодня? Его книги по-прежнему читают, хотя меньше, чем Фицджеральда или Хемингуэя. Но его влияние огромно. Он показал, что американская литература может быть не только романтической или приключенческой, но и безжалостно честной. Он доказал, что сатира — это не мелкий жанр, а мощнейшее оружие. И он научил поколения писателей не бояться смотреть в лицо своей культуре — даже если это лицо окажется не таким красивым, как хотелось бы.

Сто сорок один год — солидный возраст для наследия. Бэббиты никуда не делись, «главные улицы» провинциальных городков всё так же душат мечтателей, а фашизм периодически стучится в двери демократий. Синклер Льюис написал об этом почти сто лет назад. И знаете что? Мы до сих пор не выучили урок.