Продолжение «Незнакомки»: Вечер у озера

И каждый вечер, в час назначенный
(Иль это только снится мне?),
Девичий стан, шелками схваченный,
В туманном движется окне.

Она садится у воды бездонной,
Где ивы плачут о былом,
И взгляд её, тоской бездомной
Пронзённый, смотрит за стеклом.

И веют древними поверьями
Её упругие шелка,
И шляпа с траурными перьями,
И в кольцах узкая рука.

* * *

Но вот она встаёт — и тени
Колышутся вослед за ней,
И я, припав на обе колени,
Молюсь — но нет уже огней.

Она уходит вдоль по берегу,
Где камыши шуршат во мгле,
И я бегу — по снегу, по оберегу —
Но след её растаял на земле.

И снова вечер. Снова дачники
В аллеях бродят, пьют вино,
И снова плачут незадачники
О том, что было так давно.

А я стою у тёмной заводи,
Где отражается луна,
И жду — когда же мне доставит
Свой лик туманный — Тишина.

И вдруг — шаги! Шелков движение!
И запах странных, дальних роз!
И сердца дикое биение,
И соль невыплаканных слёз.

Она стоит — но не подходит,
Она глядит — но не на меня,
И что-то вечное уводит
Её от жалкого огня.

Ты право, пьяное чудовище!
Я знаю: истина в вине.
Но где найти такое торжище,
Где продают покой — и мне?

И каждый вечер друг единственный
В моём стакане отражён,
И влагой терпкой и таинственной
Как я, пронизан и сражён.

А рядом — у соседних столиков —
Лакеи сонные стоят,
И пьяницы с глазами кроликов
«In vino veritas!» кричат.

Но я — молчу. Я жду Незнакомку.
Ей отдано всё бытиё.
И пусть судьба меня — в потёмку,
Но я узнаю — имя её.