Приём «предательства тела»: физиология выдаёт то, что герой прячет от себя

В «Постороннем» Альбера Камю Мерсо на похоронах матери замечает жару, слепящий свет, усталость в ногах — его тело регистрирует физический дискомфорт вместо горя, и именно это телесное «предательство» делает сцену тревожной. Читатель чувствует: что-то не так — не потому что автор сказал, а потому что тело героя заняло место скорби.

Другой пример — Грегор Замза у Кафки в «Превращении». До метаморфозы Грегор игнорировал тело ради работы. Превращение в насекомое — радикальная метафора: тело наконец «высказало» подавленное годами.

Практика: возьмите сцену, где герой лжёт. Уберите внутренние монологи. Опишите только руки, позу, дыхание. Если читатель поймёт ложь без мыслей персонажа — приём сработал. Ищите неочевидные реакции: один герой при страхе зевает, другой становится неестественно аккуратным, третий вдруг ощущает голод.