После дождя

Все вымокло. И сад, отяжелев,
стряхнул с плеча тяжелый ливень мая.
И, форточку рванувши нараспев,
вбежал в жилье, о раму спотыкаясь.

Все — наизнанку. Мокрая сирень
приникла к стеклам гроздью обалделой.
И день, как перевернутый плетень,
лежит в саду, где лужа посветлела.

Капель бормочет. Водосток охрип.
И капли, оступаясь с водостока,
считают вслух, как маятник, до ста,
и начинают снова, у порога.

А в комнате — бумага и графин,
и запах гроз, влетевший вместе с ветром.
И ты стоишь у мокнущих гардин,
вся — как строка, что стала вдруг предметом.

Пиши теперь. Макай свое перо
в разрыв туч, в дрожь, в громовую замять.
И стих придет — как полное ведро,
что под капель поставила нам память.

И будет май стекать по рукавам,
и сад дышать, и лужа стыть в закате.
И жизнь — вся тут, разъятая по швам,
на подоконнике, в дожде, в тетради.