Экранизация романа

Она пришла в библиотеку за редкой книгой, а нашла человека, который знал о ней всё — ещё до того, как она открыла рот. Его глаза цвета старых чернил следили за каждой её мыслью, и Вера не могла понять: спасаться ей или остаться навсегда в лабиринте его взгляда. Потому что он не просто читал книги. Он читал её — страницу за страницей, желание за желанием.

В тот час, когда стрелки часов замирают между единицей и двойкой, а звёзды опускаются так низко, что почти касаются крыш, на чердаке старого дома у реки просыпается прялка. Она стоит там уже триста лет — деревянная, потемневшая от времени, с колесом из лунного серебра. И каждую ночь, ровно в час волчьей тишины, к ней приходит пряха. Никто не видел её лица — только силуэт в окне чердака, да тонкие пальцы, что тянут из лунного света нити человеческих снов.

Каждую ночь в два часа под фонарём напротив моего окна появляется женщина. Она стоит неподвижно, лицом к моему дому. Не двигается. Не уходит до рассвета. Вчера я спустился, чтобы прогнать её. Когда подошёл — фонарь мигнул и погас. Когда загорелся снова, женщины не было. Но на снегу остались следы. Они вели к моему подъезду.