Акт скрытых работ

Виктор Степанович Кабанов, прораб с двадцатилетним стажем, знал про люки одно: если крышка лежит криво — жди беды.

Объект на Танкистов сдавали через неделю, а подрядчик по инженерке опять накосячил. Кабанов шел по цоколю, светил фонариком телефона, ругался вполголоса. Люк ревизионный. Крышка сдвинута. Кто-то из работяг, ясное дело, не закрыл — потом ищи концы.

Он наклонился. Поправить.

Пол под ногами повел себя не по-бетонному. Мягко, будто вода под коркой льда. И — вниз.

— Твою ж...

Падал недолго. Приземлился на что-то, что зашуршало и укололо. Сено. Пахло сеном, дымом и навозом — крепко, по-деревенски, как у тещи в Кунашаке. Кабанов сел, ощупал каску (каску, слава богу, не снял), потом штаны. Целые. Колени только отбил.

— Кладка — говно, — сказал он в темноту, потому что глаза сами нашли стену. Бут, на глине, без перевязки швов, углы гуляют. Такую в наше время только на дачу теще, да и то стыдно.

И вот тогда перед лицом вспыхнуло окно.

Синеватое, полупрозрачное, буквы плавают, как в мессенджере.

[Добро пожаловать, Странник. Уровень 1. Сила: 5. Разум: 8. Свободный навык: не выбран.]

Кабанов моргнул. Провел ладонью — прошла насквозь. Попробовал смахнуть. Не смахнулось.

— Реклама, что ли, — пробормотал он. — Даже тут вылезает.

Сверху скрипнула дверь. В проем — не люк, обычная дощатая дверь погреба — заглянула девчонка лет двенадцати, чумазая, в сером платье до пят. Увидела его, ойкнула, исчезла. Через минуту вернулась с мужиком.

Мужик был здоровый, борода лопатой, топор за поясом. Смотрел зло и устало разом.

— Еще один свалился, — сказал он не Кабанову, а куда-то в сторону. — Каждую луну по одному. И все бестолковые.

— Слышь, борода, — Кабанов поднялся, отряхиваясь. — Ты мне тут не хами. Где я и как отсюда до Челябинска?

Борода такого слова, понятно, не знал. Но интонацию понял — интонация у прораба была всемирная. Хмыкнул, махнул рукой: пошли, мол.

***

Деревня называлась Гарь. Названию соответствовала.

Кабанов шел вдоль улицы и профессионально морщился. Дома кривые, крыши текут — видно по потекам на бревнах. Колодец сложен так, что вода в него грунтовку тащит наверняка, полдеревни поносом мается, к гадалке не ходи. А главное — стена. Точнее, то, что от нее осталось.

В конце деревни, на пригорке, торчал недостроенный вал: земля, кое-как обложенная камнем. Половина осыпалась. Возле копошились мужики — таскали булыжники, валили как попало, без раствора, без основания.

Перед лицом снова вспыхнуло:

[Задание деревни Гарь: восстановить крепостную стену до полнолуния. Осталось: 6 дней. Награда: 30 монет. Провал: деревня будет разорена «идущими в ночи».]

Борода — звали его, как выяснилось, Ждан — объяснял на пальцах и через ту чумазую девчонку, которая, оказывается, кое-как понимала пришлых. Каждое полнолуние с гор спускались какие-то твари. Стену начали чинить трое таких же, как Кабанов, «странников». Первый попробовал драться — не вернулся. Второй сбежал в лес. Третий, самый умный, лег на печь и помер от тоски.

— А ты чего умеешь? — перевела девчонка вопрос Ждана.

Кабанов посмотрел на стену. Долго.

— Я, дочка, умею одно, — сказал он. — Считать, сколько чего надо, и заставлять мужиков не халтурить. Профессия называется прораб.

Он подошел к валу. Поковырял камень носком берца. Пнул — осыпалось.

— Так. Кто это клал? Убью.

***

Следующие два дня Кабанов не воевал. Кабанов составлял смету.

На обрывке бересты, углем, он расписал: сколько камня, сколько глины, сколько людей, сколько дней. Разбил стену на захватки. Поставил основание — велел копать траншею и бить бут на щебенке, а не класть на голую землю, где все поплывет от первого дождя.

Мужики бунтовали. «Деды так клали». Кабанов слушал, кивал, а потом задавал один вопрос: «А деды где?» Мужики замолкали.

[Навык получен: Смета (уровень 1). Вы видите слабые места в любой конструкции.]
[Внимание: местные работники — Настроение: недоверие. Производительность снижена на 40%.]

Сорок процентов — вот это его задело по-настоящему. Не тролли, не тьма из гор. Проседающая производительность. Родное.

Он знал, что с этим делать. Собрал всех вечером у костра. Не орал. Разлил ту бурду, что у них считалась пивом. И начал травить — про то, как на большой стройке в далекой земле один десятник заставил всех работать честно, и как та стройка стоит до сих пор, а десятника поминают добрым словом.

Врал, конечно. Наполовину. Но говорил с той самой интонацией — уверенной, ленивой, хозяйской. Той, которой прораб держит бригаду из тридцати рыл, каждое из которых по отдельности его пошлет.

[Навык получен: Торг (уровень 2). Убеждение +15%.]
[Настроение работников: осторожная надежда. Производительность восстановлена.]

***

Стену закончили за час до полнолуния.

Не всю. Кабанов был реалист — всю не успеть при любом раскладе. Но он сделал главное: закрыл проран, самый низкий участок, куда тварь полезла бы первой. Основание — на щебне. Углы — с перевязкой. Наверху — банальный, из нашего мира, приемчик: расшатанные камни на гребне, чтоб при штурме летели вниз кому-то на голову.

Твари пришли в полночь. Серые, длиннорукие, много. Полезли — где? Правильно. Туда, где раньше был провал. Уткнулись в кладку. Полезли выше — камни с гребня посыпались.

Было страшно. По-настоящему. Кабанов стоял на стене с колом, руки тряслись, и вся его смекалка ничего не стоила бы, промахнись хоть один расчет. Один парень, Данилка, тот самый, что таскал камни через силу, свалился вниз. Его вытащили. Живого, но с раздробленной рукой. Цена. У всего есть цена, это Кабанов знал еще до всякой магии.

К рассвету твари ушли.

[Задание выполнено. Награда: 30 монет. Уровень 2. Сила: 6. Разум: 9.]
[Новое звание: Строитель Гари.]
[Внимание: система зафиксировала аномалию. Странник впервые завершил задание не силой, а расчетом. Открыт доступ: Гильдия Мастеров.]

Последняя строка висела дольше остальных. Мигала.

Ждан подошел, положил тяжелую руку на плечо. Сказал что-то. Девчонка перевела:

— Он говорит: оставайся. Ты первый странник, который не умер и не сбежал.

Кабанов смотрел на стену. На кривые дома за ней. На колодец, который надо переложить, пока полдеревни не слегло. На проран, который он так и не достроил.

Работы тут было лет на пять. Прорабской, честной работы.

— Ладно, — сказал он и сплюнул под ноги, по привычке. — Но сначала колодец. И передай своим: кто еще раз положит камень на глину без основания — уволю. Найду как, но уволю.

Окошко системы вспыхнуло в последний раз, и Кабанову показалось — а может, и не показалось, — что оно подмигнуло:

[Принято. Гильдия Мастеров ждет вашу смету, Строитель.]