Пожарный на страже словесности

Александр Грин работал матросом и бродяжничал по портовым городам до писательства

Набоков составлял шахматные задачи и публиковал их в журналах

Гоголь совершил паломничество в Иерусалим, но остался глубоко разочарован поездкой

Представьте: вы всю жизнь пишете книги о том, какая ваша страна ужасная, какие ваши соотечественники — самодовольные болваны, а ваши города — скучнейшие дыры во Вселенной. И что вы получаете взамен? Правильно — Нобелевскую премию и статус национального классика. Добро пожаловать в удивительный мир Синклера Льюиса, человека, который превратил ненависть к провинциальной Америке в высокое искусство. 141 год назад, 7 февраля 1885 года, в захолустном городке Сок-Сентр, штат Миннесота, родился рыжий мальчик с прыщавым лицом и острым языком. Этот городок он потом будет методично уничтожать на страницах своих романов, а жители — десятилетиями делать вид, что гордятся своим знаменитым земляком.

Бета-ридер вернул рукопись. На полях: «Ок», «Неплохо», «Тут хорошо», «БЕГИ». Страница 89. Перечитываю. Не понимаю. Боюсь.

Прошло три года после кончины Ильи Ильича Обломова. Штольц, верный своему слову, воспитывал маленького Андрюшу — сына Обломова и Агафьи Матвеевны. Мальчик рос странным ребёнком: в нём удивительным образом сочетались деятельная натура Штольца, прививаемая воспитанием, и та самая мечтательная обломовская нега, что текла в его крови. Однажды осенним вечером, когда дождь барабанил по стёклам петербургской квартиры Штольцев, Ольга Ильинская застала мужа в странной задумчивости. Андрей Иванович сидел у камина, держа в руках старый халат — тот самый, обломовский, который он зачем-то сохранил.