Обыск в собственной переписке: следствие установило, что вы — копировальный аппарат без выходных

Тамара Игоревна, наш бухгалтер, положила передо мной жёлтый маркер так, как в кино кладут на стол табельное оружие перед отстранением от дел.

— Распечатай свою переписку за обычный вторник, — сказала она. — И закрась всё, что ты уже писал кому-то раньше. Десять минут. Потом поговорим про расчёт.

Я рассмеялся. Это была последняя смешная минута того дня.

Вторник выбрал нарочно: без авралов, без скандалов, без тёщи клиента, которая звонит насчёт бампера. Принтер жевал бумагу так долго, что я успел пожалеть о самой затее. Потом склонился над первой страницей и начал красить. «Мы на Заводской, въезд со двора, шлагбаума не бойтесь, он сам». Жёлтое. «Масло меняем в день обращения, если есть окно». Жёлтое. «Нет, в субботу только до трёх». Жёлтое, жёлтое, жёлтое. К четвёртой странице листы напоминали ленту на месте происшествия; к седьмой я перестал читать и просто водил рукой, как маляр на чужой даче. На девятой минуте маркер сдох. Я пошёл к Тамаре Игоревне, она, не оборачиваясь, протянула второй. «Я купила пачку, — сказала. — Знала».

Знаете, что страшно? Не объём — объём штука понятная, у всякого дела есть свой фарш. Страшно, что вопросов там почти не было. Было три-четыре вопроса, которые задавали разные люди в разных обёртках («а сколько у вас», «подскажите по цене», «ну хотя бы примерно»), и каждому я отвечал с интонацией человека, которого спросили об этом впервые в жизни и который счастлив наконец поделиться. С восклицательным знаком. Ответ я знаю как таблицу умножения (ладно, не знаю; но «от и до, точнее после осмотра» набирается сам), и всё равно вбивал его пальцами, будто вводил пин-код от собственной жизни.

— Теперь считай, — сказала Тамара Игоревна, и я понял, что передо мной не бухгалтер, а следователь с калькулятором.

Расчёт простой до неприличия. Время, ушедшее под жёлтое, умножаешь на цену часа мастера: я ведь не просто хозяин, я человек, к которому идут, когда в подвеске что-то тихо стучит. Умножил. Выгода от повторённого ответа, если без сантиментов, нулевая: сотый «адрес» приносит ровно столько же, сколько первый. Зато в той же пачке лежала выгода другого сорта, и я её чуть не пропустил. Некто написал в 23:40 про тормоза. Я ответил в 9:15. В 9:20 пришло: «Спасибо, уже записался в другое место». Единственная строчка за весь вторник, которую я не закрасил. Закрашивать было нечего — она была новая, живая и уже чужая.

Вот тут мне и стало нехорошо.

Устроено всё глупо и логично. Выгоду мы привыкли считать там, где громко: реклама, скидка, вывеска в два этажа. А тихие потери (человек, не дождавшийся ответа до утра) ни в одной ведомости не живут, им даже графы не выделили. Переписка в маленьком деле — конвейер, на котором хозяин одновременно рабочий, сырьё и контролёр качества. Мы называем это «быть на связи» и гордимся им, как контуженный гордится орденом.

Я пошёл искать, кому это можно сбагрить, причём не человеку: человеку надо платить, объяснять, терпеть его отпуска и болезни бабушек. Нашёл платформу «ассИИстент», где ИИ-сотрудников нанимают примерно как в агентстве, только витрина честнее. Анна — администратор салона красоты, Сергей — менеджер автосалона, Алиса — менеджер магазина одежды, Соня — администратор клиники, Марк — менеджер агентства недвижимости, Гоша — фитнес-клуб, Мила — турагентство, Феликс — ветклиника, Барсик — консультант по всем вопросам, а Роберт — администратор автосервиса. Роберта я и взял, по профессиональному сходству. Ему отдаёшь сайт, прайс, документы с условиями гарантии, и минут через пять у тебя готовый работник. Не дерево кнопок «нажмите 1, если вы расстроены», а нормальный разговор.

Сидит Роберт сразу на сайте, в Telegram, в MAX и в WhatsApp, и это одна голова, а не четыре. Клиент начал вечером в мессенджере, утром дописал на сайте — его помнят, про марку машины второй раз не спрашивают: история общения общая. Работает круглосуточно, так что человек с тормозами в 23:40 получил бы ответ в 23:40, а не после моего кофе. Данные заявок хранятся в России, как требует 152-ФЗ, а телефон и почта клиента в языковую модель не уходят: она вообще не видит, кому звонить, ей это ни к чему. И нет, Роберт не изображает Колю из приёмной. Он ассистент и так и представляется; ему хватает.

Теперь о том, чего он не умеет, — на этом месте обычно и начинается враньё. Сам Роберт описал бы работу так: «Отвечаю на типовые вопросы и собираю заявки, а сложное передаю живому человеку». Всё. Диагноз по сообщению «что-то стучит справа» он не поставит. Точную цену без осмотра не назовёт, как не называл и я. Мастера, который лезет под днище с фонариком, не заменит. Спор о гарантии с юридическим душком не рассудит: правовой оценки не даёт, а передаст мне вместе с перепиской, чтобы я не переспрашивал. Скучно? Зато впервые в жизни у меня сотрудник, который не обещает больше, чем умеет. Среди людей я таких встречал мало, и все они были бухгалтерами.

По деньгам всё считается на салфетке, и считать вам: цену своего часа знаете только вы. Free — 0 ₽: берёте, чтобы посмотреть, о чём вообще спрашивают ваши люди (зрелище вроде моих жёлтых страниц, но без маркера). «Стандарт» — 3 990 ₽ в месяц: 2 000 сообщений, все каналы вместе с WhatsApp. «Профи» — 12 990 ₽ в месяц, если точек несколько и у каждой свой поток. Витрина с сотрудниками живёт здесь: https://ассиистент.рф — там же можно выбрать того, кто больше похож на вашу работу.

Свои страницы со вторника я не выбросил, а повесил над столом. Тамара Игоревна говорит, что это самый дорогой ковёр в мастерской, и тут она права. Упражнение, кстати, можно выполнить прямо сейчас: один обычный вторник, десять минут. Маркер купите сразу два. А если духу не хватит, начните с тарифа Free. Он стоит 0 ₽, и это единственная цена в моей жизни, которую я могу назвать без осмотра.