Карандашные отметки

В съемной «двушке» на Лескова все было нормально, кроме кухонной двери. На косяке — карандашные черточки, снизу вверх. Над каждой подпись: «Миша, 5». «Миша, 6». «Миша, 7»... Последняя, на уровне бедра, — «Миша, 11».

Хозяйка по телефону удивилась:
— Какой Миша? Я здесь одна жила. Всегда.

Ну, значит, прежние жильцы. Оля пожала плечами, включила воду, начала мыть единственную тарелку — и только потом, вытирая руки, зачем-то еще раз глянула на косяк.

Она бы поклялась, что черточек было одиннадцать. Теперь двенадцать.

Выше всех, ровно на уровне ее макушки, грифель еще блестел. «Оля, 168».

Рост у нее и правда сто шестьдесят восемь. Она его никому не называла.